Я опять мыслями перенеслась в свой прошлый брак, когда мне хотелось стать хорошей женой. Как много я для этого делала! Наступала себе на горло, угождала...пыталась принимать правду мужа как единственную возможную истину во всем.
А вот теперь, когда меня, можно сказать, коронуют статусом жены, я этого просто не хочу.
— Не напоминай мне про своего бывшего, — проскрипел Герман, с силой вцепившись в руль. Я видела, как на его руках выступили вены... и поняла, что он едва сдерживается.
— Это моё прошлое, — ответила я ровно.
"Нет, честно сказать, в тот момент мне было страшно... мне было дико страшно, потому что я боялась возвращения страшного монстра... но даже перед этим страхом я бы не отказалась от того, что составляло моё прошлое.
И брак с Аркашей — наша неудачная попытка построить семью — входила в эту часть.
— Наташа, — процедил Герман. — Ты чего хочешь? Чтобы я остановился и прямо сейчас тебе доказал, что твоя ошибка была всего лишь дурным эпизодом, который надо выкинуть из памяти и никогда больше не вспоминать?
— Герман, я.
— Ещё раз объясняю, — зло процедил он... тоном, каким обычно разговаривают с самым ненавистным врагом на свете. — Я на грани того, чтобы сейчас разорвать на тебе всю одежду, которая на тебе имеется и взять тебя прямо здесь, в этой машине. Ты такую первую брачную ночь хочешь?
Его язвительный тон бил по моим барабанным перепонкам, хотя Герман не кричал, а говорил достаточно тихо.
— Ты этого хочешь? — повторил он раздраженно. Я покачала головой. — Тогда не искушай меня.
Его серые, как будто запорошенные снегом глаза медленно обвели меня с ног до головы — медленно, тягуче...
Я замерла на своём месте. Даже дыхание затаила.
И лишь когда он удовлетворённо хмыкнул и потянулся снова к рулю, я с облегчением выдохнула.
Мне бы в этот момент промолчать, не доводить ситуации до накала, но я всё-таки не сдержалась.
— Ты считаешь, что после этого у нас может что-то получиться? — спросила я тихо.
Сама не знаю, зачем... То есть, зачем — я точно знаю. Но я не знаю, зачем я так по дурацки себя подставляла... Герман ведь не простит мне этого.
И точно.
Ощерившись — и в этот раз блеснув длинными волчьими клыками на человеческом лице, Герман иронично заявил.
— Я знаю, что у нас обязательно всё получится... Как только ты перестанешь валять дурака.
Он замолчал, глядя вперед...