хорошо, — немного запнувшись ответила я. Моя кожа горела под его пальцами. Моё тело оживало, а память... память подсказывала то, что я пока не хотела слушать.
Не сейчас.
Сейчас я ещё не готова воспринимать Левицкого так близко, оставаясь при этом равнодушной.
— Кажется, вы с Никой поладили, — улыбаясь, протянул Герман.
— Поладили, — согласилась я, ненадолго запнувшись. — Она... она многому меня учит.
— Я рад, — улыбнулся Левицкий, в то время как его чуть заснеженные серые глаза продолжали меня буравить.
Я чувствовала, что Герман хочет от меня что-то услышать. Я боялась того, что он мог прочитать в моих мыслях. Я боялась, что моя маскировка не помогла.
— Наташа, — вздохнул Герман. — Тебе не кажется, что ты боишься напрасно?
Он провел большим пальцем по моей губе.
— Ты уже учишься быть Луной Стаи, и насколько я слышал, у тебя это прекрасно получается. Ты поладила с оборотницами, с оборотнями из охраны...
— Герман, ох...
— … со мной, — покачал головой мужчина, прося меня взглядом дать ему договорить.
Герман улыбнулся и заправил выбившуюся прядь моих волос мне за ухо.
— Я никогда не был женат, но от друзей я слышал, — в этот Герман многозначительно усмехнулся, — Я слышал, что ни один брак не бывает без ссор. И говорят... говорят, что примирение между супругами только поддает перчинке в отношениях.
Герман говорил это с такой искусительной интонацией, что мне хотелось следовать его голосу, принять из его рук, всё, что он готов мне дать — и стать навсегда частью не только его мира, но и его самого.
— Наташа, — довольно улыбнулся Герман, явно понимая, какой эффект на меня оказывается его мягкость тона и нежные прикосновения.
— Герман...
Я почти растаяла.
Почти.
Если не мой первый брак с Аркашей, то я бы не выдержала: бросилась бы в эти отношения, которые мне предлагал Герман, как в омут с головой, не желая думать о последствиях.
Именно так я думала, когда согласилась выйти замуж за Аркадия.
Я тогда считала — наивно считала — что любые трудности преодолимы, если мы будем работать над ними вместе.
Вместе.
Только вместе иногда не случается.
Взять хотя бы Левицкого...