И совсем не в том ключе, в котором мне хотелось.
В том смысле, что я уже в разводе около года, то есть целый год у меня не было мужчины, но...
— Дом не такой уж большой, — пожала плечами тетя Люда, прерывая мои не слишком здоровые мысли. — Обычно, мы вполне справляемся вчетвером. Если что починить надо, или генеральную — тогда вызываем помощь... ну и на полнолуния, конечно.
— Так ведь полнолуние уже совсем скоро? — не поняла я и повернулась к Герману. Тот же просто пожал плечами.
— Наташ, сейчас уже куда теплее, чем месяц назад.
— Это да, — тут же хором кивнули все присутствующие. — Любим.
После этого Герман, кивнув на свою тетю Люду, попросил её попозже показать мне дом — и рассказать что у нас тут и как...
— А пока мы устали и пойдем сразу в спальню. — Он кивнул своей бывшей няне и приказал. — Еду принесите нам наверх.
Этот резкий переход от тона благодарного и любящего воспитанника до голоса, отдававшего сейчас явный приказ, меня потряс.
Но остальные присутствующие этого как будто и не заметили.
Тетя Люда кивнула.
Две её помощницы: Света и Маргарита уже, кажется, стояли на изготовке, чтобы броситься на кухню исполнять желание Альфы, и даже Сергей Павлович, который вроде не имел никакого отношения к приготовлению еды — и тот как-то весь подобрался.
— Пойдем, — потянул Герман меня к лестнице. — Отдохнем.
Таким макаром мы поднялись на второй этаж и прошли по коридору... но не дошли до той комнаты, в которой я ночевала прошлый раз.
Герман открыл одну из дверей поближе и резко обернувшись, в одно мгновение поднял меня на руки.
— Маленькая перестраховка, — ухмыльнулся он, перенося меня через порог … а затем ногой закрывая за нами дверь.
Я думала, что вскоре после этого он опустит меня вниз, на пол, но Герман не спешил этого делать. Вместо этого он понёс меня прямо на исполинских размеров кровать.
— Наташка, — прохрипел Герман, стаскивая с меня прямо на ходу свою и мои куртки. — Наташка.
А со мной тоже что-то случилось.
Я вроде как хотела поинтересоваться по поводу его тети Люды, по поводу полнолуния... но вместо этого внутри меня как будто загорелся ненасытный огонь, который питался исключительно прикосновениями Германа.
Это уже не он, это я сама стаскивала с него одежду, цеплялась за него руками и ногами, искала губами его рот.
— Подожди... — вспомнила я, когда Герман уже добрался до моего нижнего белья. — Я же полдня в поезде провела.