Алистер раскланялся с хозяином дома и вышел на крыльцо, с наслаждением вдохнув запах дождя и мокрых листьев. Внезапно стало понятно, что пока он лежал в постели, осень окончательно утвердилась в своих правах. Холодный ветер рвал с деревьев желтые листья, и улица выглядела мрачно.
Тоскливо взглянув на гарцующего у кареты жеребца, ди Новайо позволил солдатам усадить себя в карету. Все-таки что-то его беспокоило здесь. Словно он куда-то не успел, или что-то не сделал.
* * *
Повозки артистов медленно ползли из города в город.
Я быстро втянулась в ежедневные хлопоты, смотрела на репетиции и тренировки, участвовала в подготовке к спектаклям, играла на площадях, когда выступали акробаты, и как-то не заметила, что один из парней стал за мной ухаживать. Нет, это был не легкий на подъем Маноло, другой акробат, силач Дженеро.
Сначала он подходил, когда нужно было распрячь коней или вынуть из фургона сундуки с куклами и костюмами. Потом стал поближе присаживаться возле вечернего костра. Занимал для меня место за столом, наполнял миску огромными кусками дичи или рыбы. Приносил сладкие крендельки, густо политые патокой.
В общем, через пару недель все уже были уверены – Дженеро за мной ухаживает.
Я же… растерялась. Нет, силач не был мне противен.
Подумав, я не решилась идти с вопросами к Марии, но выловила между фургонов маленькую танцовщицу.
– Арлисса, скажи мне, как мужчина дает понять женщине, что она нравится ему?
Девочка взглянула черными, как маслины глазами и явно подумала, что я стукнулась головой:
– Как Дженеро.
– А как женщина дает понять, что мужчина ей нравится?
Вот тут Арлисса на минутку задумалась, все же женщин в труппе, кроме нее и старухи, прежде не было, так что она не сразу вспомнила.
– Можно танцевать для мужчины, вышить ему рубашку или пояс. Можно поднести напиток вечером у костра. Это будет значить, что ты приглашаешь его в шатер.