Подавая на стол, синьора Барнс тихонько вздыхала, сотворяла защитный знак и твердила:
– На небо готовится наш синьор, ой-ой!
Я злилась, но поделать ничего не могла. Только старалась каждую минуту проводить рядом со стариком, слушая его наставления и рассказы.
Когда в шато тихими шагами пришла весна, синьора Одэлиса стали выносить в сад. Ставили кресло на взгорочке, чтобы он видел работников и меня. Да и мы поглядывали за ним потихоньку.
Весной работы в шато хватало, так что я крутилась как белка в колесе, стремясь все успеть.
Даже ночью вскидывалась, вспомнив какое-нибудь важное дело, не выполненное днем. Герцог ди Новайо был прочно забыт. У меня сил хватало только дойти до кровати и уснуть, скинув обувь. Утром служанки сами будили меня, подавали воду, одежду, наводили порядок в спальне, потому что, едва умывшись и схватив со стола лепешку с сыром, я убегала на виноградник и возвращалась лишь поздно вечером.
Наконец самые срочные работы были закончены, на грядках появилась первая зелень, и яблони в саду стояли облитые бело-розовым цветом, тихие, как невесты под венцом.
В спокойный ясный день синьор Портэлл подозвал меня к себе, поцеловал в лоб, похвалил, напомнил, что я теперь хозяйка шато. Я возмутилась, но дядюшка только улыбнулся своей неземной улыбкой и сказал, что хочет подремать на солнышке. Его кресло отнесли в сад, поставили в тени самой большой яблони, укутали старика пледом и разошлись.
Как-то так получилось, что в этот день у всех нашлись важные и срочные дела. Никто не заглядывал в сад, а колокольчик, лежащий под рукой синьора, молчал. Только на закате я подошла к дядюшке. А увидев его, закричала. Мой крик собрал всех работников…
Хозяин шато ушел навсегда, глядя бездонными голубыми глазами на любимый виноградник…
Глава 27"
"Герцог ди Новайо мчался в шато. Подгоняемый жеребец оставлял за собой на дороге пыльный след. Сопровождающие давно уже отстали. Но для Алистера их присутствие или отсутствие ничего не значило.
Скорее. Скорее.
Верный конь, как и всегда, чуял настроение хозяина и летел как ветер.
Какие там дни. В этот раз казалось, что путь от дворца занял часы. А то и минуты.
Герцог влетел во двор перед домом. Вокруг было странно пусто. Ни работников, ни ворчливого старика Портэлла. Но они и не были нужны. Ди Новайо искал свою женщину. Ту, что оставил, малодушно испугавшись.