- Мы решили, что не будем вводить наркоз Урану, - вдруг снова проговорила Лола, когда Дарк уже сделал несколько шагов на улицу, а Буран вслед за ним. Волк тут же обернулся, но посмотрел не на Лолу, а на Урана, чье выражение лица ни сколько не изменилось, - Мы решили, что не стоит рисковать психически состоянием Урана. Его силы и выдержки достаточно, чтобы мы взяли часть кожи и перенесли её Булату.
Дарк молчал несколько секунд, глядя в глаза Урану, но, в конце концов, кивнул:
- Хорошо.
Ничего не оставалось делать, как следовать за Дарком, бросив последний взгляд на Булата.
Когда они вышли, у выхода уже ожидали Карат и батя.
- Всё началось?
-Да. С минуты на минуту, - ответил черноглазый волк.
- И когда мы сможем понять, получился ли у нас маяк Урана? – чуть изогнул бровь Карат.
- Как только Булат очнется и сможет мало-мальски передвигаться.
- Но для этого нам нужно будет ввести Урана в состояние беспамятства?
- Боюсь, что так.
Батя и Карат переглянулись и кивнули почти одновременно.
Опасная эта была затея, но если всё получится, то они все будут в большом выигрыше.
Зверь тоже вышел вслед за ними и встал в первом ряду.
Бесстрашный мужик! Молодец!
Все замерли на своих местах молчаливые, напряженные и прислушивающиеся к каждому шороху в здании, где сейчас создавалась история.
- Сколько приблизительно будет длиться операция? – обратился к Дарку Север.
- Недолго. Лола опытный хирург и все делает быстро. А с парой рук в помощи, дело пойдет еще быстрее.
И снова все замолчали и притихли.
Казалось, что огромные воины даже перестали дышать, чтобы случайно не спугнуть удачу, которая кралась в их сторону и была словно хрустальная ледяная мошка – посмотри в её сторону, и она улетит, оставив после себя только горькое сожаление.
Все знали и видели, на что способен Уран, а потому меньше всего хотелось хаос и войну на ледяных просторах, где поблизости были любимые и малыши большинства из берсерков.
Время тянулось просто бесконечно.
Было так тихо, что нервны начинали звенеть.
Особенно, когда по леднику отчетливо стал разноситься аромат крови и медикаментов. Пусть не резкий, и не долго, но все же. Но даже в этот момент никто не шелохнулся. Все стояли на своих местах, готовые ко всему.
Даже батя молчал, что было само по себе не привычно.