— А вот и они, — внезапно сказал водитель, повернув руль. — Смотрите, это цветут лимоны.
Эйнджел молчала, завороженная волшебным зрелищем. У нее возникло ощущение, будто кто-то рассыпал по склонам корзину белых цветов. Мерцая в лучах солнца, они поражали своей удивительной красотой.
Эйнджел достала из сумочки зеркальце и посмотрелась в него. Она давно решила, что в новой жизни будет уделять меньше внимания своей внешности, но это было ее первое знакомство с новым домом, и она хотела выглядеть на все сто. Молодая женщина достала помаду и подкрасила губы.
Вскоре машина подъехала к кованым воротам. Они были незаперты, и таксист смог их открыть. Через несколько минут Эйнджел увидела виллу.
Это был большой трехэтажный дом, сложенный из серого камня. Наружная лестница вела на второй этаж, по всему периметру здания проходил крытый балкон.
Надземная часть фундамента была украшена фигурами животных, вырезанными из камня. Эйнджел невольно улыбнулась.
К парадному входу вели три ступеньки. Обнаружив, что дверь незаперта, Эйнджел попросила таксиста помочь ей внести в дом чемоданы.
Нужно быть благоразумной, оборвала она себя. Это ощущение — не что иное, как проявление сентиментальности. Не стоит принимать желаемое за действительное.
Однако, несмотря на все попытки Эйнджел противостоять охватившему ее чувству, оно переполняло все ее существо и было очень похоже на счастье.
Эйнджел заплатила водителю, отказавшись от его предложения отнести ее вещи наверх. Ей хотелось побыть одной, насладиться первыми минутами своего пребывания в этом удивительном месте.
Из холла наверх вела лестница с коваными перилами. Эйнджел начала медленно взбираться по ней, чувствуя себя словно во сне. Остановившись на полдороге, она выглянула в окно и поняла, что дом стоит на краю утеса. Отсюда были видны голубые волны моря, безмятежно колышущиеся под лазурным небом.
Когда она в последний раз могла наслаждаться тишиной? Когда в ее беспорядочной жизни было столько покоя, столько тихой радости? Если бы она не приехала сюда, сколько еще она смогла бы выдержать?
Эйнджел продолжила медленно подниматься по лестнице. На улице было жарко, а каменные стены дома таили в себе блаженную прохладу.