— Помнится, у тебя это слово имеет несколько значений.
Шанель улыбнулась.
— Как дела, куколка?
— Марта! — в изумлении воскликнула Шанель, выходя из солярия в комнате Фалона. — Где ты была? — добавила она прокурорским тоном. — Мы будем дома всего лишь через несколько часов.
Из интеркома на стене послышался грубый смех.
— А где, ты думаешь, я была? Нам с Кортом пришлось потратить уйму времени, чтобы наладить небольшой временный бустер для наших ускорителей. Иначе мы не смогли бы угнаться за этим проклятым кораблем, который, как ты знаешь, быстрее нашего.
— Не было никакой необходимости за ним гнаться… Ты хочешь сказать, что не заметила, как мы улетели?
— Конечно, заметила, но откуда мне было знать, что ты не осталась на Сандерс? В конце концов последнее, что я слышала, — как эти женщины планировали изменить наших воинов, чтобы они улетели без тебя. Должна же я была узнать, что случилось, не так ли? Кроме того, мне пришлось потратить некоторое время, чтобы определить, где находится твоя подруга — генерал.
Вероятно, Марте было не так уж трудно отыскать на корабле единственную женщину, тем более среди немногочисленных его обитателей. Но голова Шанель в это утро была занята другими вещами, и она не стала спорить.
— Брок знает, что ты здесь?
— Я заключила с ним соглашение. Он не слуша ет нашу болтовню, а я не запрещаю ему появляться у себя. Брови Шанель взлетели вверх. — Когда это тебе пришло в голову?
— На этой неделе тебя со мной не было, и занятия получше не нашлось.
— Держу пари, что ему это понравилось.
— Так же, как воинам нравятся женщины в браках.! Кстати об одежде — что ты носишь? Или большой парень держал тебя всю неделю обнаженной?
— Именно так, Марта. Я удостоилась счастья одеваться так, как одеваются для солнечных ванн. По край ней мере, моя одежда всегда чистая. Но если ты находишься достаточно близко, то можешь послать мне смену белья.
— А почему бы тебе не появиться у меня, чтобы самой выбрать то, что надо?
— Нет, спасибо. Это может быть воспринято как попытка к бегству, а меня предупредили, что тогда произойдет. Лучше уж ходить голой.
— Тебя сурово наказали? — В голосе Марты звучало сочувствие.
— Нет, этого не случилось.
— До сих пор?
— Вообще. Фалон было начал, но я подняла такой крик, что Звезды содрогнулись, и он этого не выдержал.