Ты любишь меня, Фалон? — добавила она с удивлением. — Воины Ба-Хар-ана действительно способны любить?
— Те счастливцы, которые могут найти хранительниц своего сердца. Однако не говори мне, женщина, что ты именно это ожидала услышать, потому что я уже говорил тебе о своей любви.
— Нет. Я не могла пропустить столь важное для меня.
— Когда я просил тебя стать хранительницей моего сердца, я просил тебя принять мою любовь.
— Откуда я могла это знать? — пожаловалась Шанель. — Твоя страна и моя — не одно и то же.
— Тогда позволь мне объяснить вот что, — сказал он, снова переворачивая ее в то положение, которое ему особенно нравилось. — Моя жизнь, как и мое сердце, принадлежит тебе. А теперь я подарю тебе свое дитя.
От этих слов у Шанель перехватило дыхание. Фалон снова медленно и осторожно вошел в нее. Он целовал ее, и чувства, замершие в ней с прошлого соединения, вновь ожили с пугающей силой. Страсть ее достигла вершины. Она не сомневалась, что в эту ночь ее воин сделал то, что обещал.
Когда Фалон откатился в сторону, Шанель улеглась ему на грудь, чтобы занять то положение, которое она больше всего любила, по крайней мере после.
— Ты не хочешь услышать это от меня?
— Что?
— Что я тоже тебя люблю.
— Это мне уже известно, женщина. У меня не такая плохая интуиция, как у тебя.
— Да? — в притворном гневе прорычала она. — Значит, мне не следует больше этого говорить!"
"— Я не возражаю против того, чтобы иногда это слышать и даже видеть.
— Не пытайся теперь делать мне уступки…
Шанель замолчала, услышав крик — ужасный крик, который, как она сразу поняла, принадлежал ее матери.
— Прости, чемар, — сказал он, крепко обнимая ее и стараясь утешить. — Мне не следовало помещать их так близко к нам.
Не успел Фалон это сказать, как они оба услышали смех Тедры. Шанель заскрипела зубами, полная отвращения по поводу тех неудобств, которые вынуждена терпеть.
— Клянусь, что в такие минуты мой отец не слишком серьезно относится к наказаниям.
Фалон не удержался от смеха.
— Когда ты живешь со своей подругой жизни так долго, как он, то хорошо улавливаешь момент, когда она полна раскаяния.
Шанель бросила на него мрачный взгляд.
— Ты хочешь сказать, что я должна ждать так долго?
— Очень может быть.
«Ты уверен?» — подумала она.
Высоко над планетой кружился космический корабль, и в его коммуникационных системах раздавался низкий звук, напоминавший мурлыканье.