Хранительница его сокровищ

Лежали на траве, грелись на солнце, доедали вкуснейшие чужеземкины пироги.

Надо отдать ей должное — руки у неё золотые. Такую бы взять управлять хозяйством — да где ж её найти, ещё одну такую? А что станет после похода с этой, он не представлял. Самое вероятное, если выживет, если все они выживут — достанется Фалько, тот увезёт её в свой дворец с балконом на море и там посадит ждать его из походов.

И похоже, старина Раньеро прав — она Сказительница. Её истории волшебны сами по себе, даже если в них не говорится о чудесах и магии.

Редкий экземпляр, маг без собственно магии. Или у неё заёмная магия артефакта? Защита-то точно от него, он сам видел тогда, ночью — тёмные твари не могли к ней подобраться, а боевые заклинания стекали с неё, как вода, или отлетали, да по тому, кто колдовал. Но и записи говорили о том, что те, кто получал вторую часть, погибали уже не в битве, а каким-то другим способом. Поэтому пусть Фалько её стережёт. Да пусть хоть спать её возьмёт под свой плащ, ему, Астальдо, спокойнее будет. Сидят на бережку, за ручки держатся, беседуют. Астальдо подумал, что не отказался бы посмотреть, как Фалько возьмёт её за руку и представит своим людям и своим детям. А она будет пристально на них на всех смотреть и вольно всё комментировать. Тьфу, пусть живут, как хотят. Потом. Когда мы сделаем то, ради чего собрались.

Вечер был как вечер — ужин, потом история от чужеземки. Точнее, часть истории — она выбирала какие-то больно уж длинные сюжеты, на несколько дней.

Рассказ о молодом нищем моряке, ставшем обладателем несметного сокровища, заинтересовал всех, даже Астальдо было интересно, что же он теперь будет делать — когда у его ног все царства земные, так сказала чужеземка. И похоже, что герой собирался мстить тем, по чьей милости он провел пятнадцать лет в темнице.

История закончилась, и надо было пойти спать, Агнесса — та уже удалилась, и ему тоже пора. Впрочем, она высунулась из шатра и очень выразительно смотрит — что-то случилось?

— Господин Астальдо, вас разыскивает Магнус Амброджо.

И что же ему нужно на ночь глядя?

Астальдо подумал, и позвал с собой Фалько, потому что предчувствие непоправимого выросло до небес и вопило. В шатре он сел, достал зеркало, подышал на стекло и прошептал активирующее заклятие, вызывая Джиакомо, оставшегося в Обители мага, посредством которого они общались с Амброджо. Тишина. Тогда он вызвал ещё одного — Террано. Тот отозвался сразу же и передал зеркало.