Но, может быть, даже легче уходить, не оставляя за собой никого и ничего. Джордж вообще счастливчик: его приемные родители – настоящие Сумеречные охотники, пусть и никогда не бравшие в руки меча. Он по-прежнему может ездить домой на воскресные обеды; ему даже имя менять не обязательно.
В последнее время Лавлейс часто его поддразнивал, заявляя, что у Саймона вообще не должно быть проблем с выбором нового имени.
– Чем тебе «Лайтвуд» не нравится? И кое-кому тогда вообще не придется менять фамилию… – то и дело заявлял он.
Но втайне даже от самого себя, заливаясь румянцем, он думал: «Лайтвуд… Может быть». Когда-нибудь. Если он вообще посмеет на это надеяться.
Но новое имя ему все равно нужно было придумывать – имя Сумеречного охотника, имя его новой сущности, столь же непостижимой, сколь, по большому счету, непостижимым было все происходящее.
– Э-э-э… Можно войти?
В дверях стояла худенькая девушка в очках, лет тринадцати на вид. Кажется, ее звали Милла, хотя Саймон не был в этом уверен – новый поток в Академии оказался очень большим, и новички так часто таращились на Саймона издалека, что он совершенно не рвался с ними знакомиться.
– Это же не частная собственность, – отозвалась Жюли. Голос ее звучал даже надменнее обычного – ей нравилось показывать свое превосходство над новенькими.
Девушка, явно нервничая, подошла к ним. Саймон невольно задумался, как такая малышка попала в Академию, – и смутился собственным мыслям. Он знал, как опасно судить по первому впечатлению. Особенно учитывая, каким два года был он сам – таким тощим, что ему подходила только девчоночья форма.
«Ты думаешь как Сумеречный охотник», – упрекнул себя Саймон.
Забавно: эти слова прозвучали как что-то не очень хорошее.
– Он сказал передать это вам, – прошептала гостья, сунула Марисоль в руку свернутую бумажку и быстро пошла обратно.
– Кто сказал-то? – встрепенулась она, но девушки уже и след простыл. Марисоль пожала плечами и развернула записку. Прочла – и совершенно изменилась в лице.
– Что там? – заинтересовался Саймон.
Марисоль покачала головой.
Джон взял ее за руку. Саймон подумал, что она сейчас ударит Картрайта по руке, но вместо этого девушка только крепко ее сжала.