За то, что они с ней делают, – отозвалась девушка. Она поглаживала убийственный даже на первый взгляд серебристый кинжал, словно ласкала щенка. – Как все прошло там, в классе? Так ужасно, как я себе представляю?
– Хуже, – признался Саймон. – Видела бы ты, как она смотрела, когда рассказывала историю своих родителей…
Пальцы Изабель крепче сжались на рукоятке кинжала.
– Почему они не видят, что это отвратительно – обращаться с ней вот так? Она же не фейри.
– Ну, дело ведь не в этом, не так ли?
Девушка осторожно вернула кинжал на бархатную подложку.
– Ты о чем?
– О том, правда ли она фейри или нет. Это же к делу не относится.
Пламенным взглядом Изабель буквально пригвоздила его к полу.
– Хелен Блэкторн – Сумеречный охотник, – отчетливо выговаривая слова, произнесла она. – Марк Блэкторн – Сумеречный охотник. И если ты с этим не согласен, значит, у нас проблемы.
– Разумеется, я с этим согласен.
Глядя, как она разозлилась, когда затронули честь ее друзей, Саймон в очередной раз понял, как сильно любит эту девушку.
– Они такие же Сумеречные охотники, как и ты. Я просто имел в виду, что даже если бы они не были нефилимами, если бы мы разговаривали о каких-то провинившихся фейри, все равно это бы не оправдывало такое отношения к ней. Даже будь она настоящим врагом, это все равно было бы неправильно.
– Да ладно…
Саймон удивился.
– В смысле – «да ладно»?
– В смысле, что, возможно, каждый фейри – наш потенциальный враг.
– Но ведь не все же фейри приносили эти несчастья! А расплачиваются почему-то все.
Изабель вздохнула.
– Слушай, мне этот Холодный Мир нравится еще меньше, чем тебе. И да, ты прав: не все фейри – наши враги. Это очевидно. Не все из них нас предали, и да, нечестно, что наказание за предательство несут все. Или ты думаешь, я этого не знаю?
– Думаю, что знаешь.
– Но…
Саймон перебил ее:
– Я не понимаю, какое тут еще может быть «но».
– «Но» означает, что не все так просто, как ты пытаешься представить. Королева Летнего двора действительно предала нас. В Смертельной войне целый легион фейри присоединился к Себастьяну. Много хороших Сумеречных охотников погибли. Ты не можешь не понимать, отчего мы так разозлились. И испугались.
Хватит болтать, приказал Саймон сам себе. Мама говорила ему, что на свиданиях нельзя обсуждать ни религию, ни политику.