– Направление? – проговорил хирург, с отвращением оглядывая дурака-пациента.
– Без направления послали, – отвечал тот, – исключительно на словах.
Сказав так, старший следователь вынул из кармана пиджака шкатулочку размером с наперсток и поставил ее перед доктором.
– Это что такое? – спросил тот подозрительно.
– А вы откройте, – сказал Волин. – Откройте, не стесняйтесь…
Брезгливо сморщившись, Конопатов подцепил ногтем крышечку и откинул ее в сторону. В шкатулке посверкивал бесцветный полупрозрачный камень, похожий на слюду.
– Что это? Что за глупые шутки?!
– Это не шутки, доктор. Это алмаз. Два с половиной карата как одна копеечка. После обработки, конечно, поменьше будет, но все равно, после огранки тысяч на двадцать долларов потянет. А у меня таких много. Смекаете?
Несколько мгновений доктор смотрел на незваного гостя с каким-то суеверным ужасом, потом заговорил. Голос его звучал скрипуче.
– Не понимаю, о чем вы? Что именно я должен смекать?
– Ну, как же, – глаза старшего следователя сияли небесной голубизной.
Конопатов судорожно сглотнул: а при чем тут он? А при том, объяснил Волин, что у доктора есть канал сбыта. Серьезные люди хотели бы замутить с Вадим Вадимычем совместный бизнес. Прибыль – пополам, как он на это смотрит?
Доктор, наконец, овладел собой, на губах его заиграла кривая ухмылка. Какой-то странный и бессмысленный разговор они ведут.
– Сидеть, – тихо проговорил Волин, и доктор против своей воли почему-то опустился обратно на стул. – Не понимаете, значит? И как же вы, такой непонятливый, смогли набить алмазами Капустина и отправить его за границу?
Лицо доктора стало мертвенно-белым.
– Какой еще Капустин? – пробормотал он. – Вы кто вообще такой?
– Капустин – ваш пациент, а я… – тут Волин достал и развернул удостоверение, – старший следователь, майор юстиции Орест Волин. – Чтобы сократить время ненужных препирательств, скажу только, что Капустин был взят нами с поличным на границе.
– И при чем тут я? – Конопатов снова улыбался, на этот раз – с выражением собственного превосходства.