А колечко спер в одном из сейфов, - Деймос помахал в воздухе рукой. – И сижу тут с тобой, разговоры разговариваю от нечего делать. Нам, призракам, скучно. Критчер!
Появившийся домовик низко поклонился:
- Хозяин звал верного Критчера?
- Принеси из лаборатории зелье родства, будь добр.
- Слушаюсь, хозяин.
Эльф исчез, а Сириус с презрением взглянул на собеседника.
- Этот старый кусок дерьма кланяется тебе так, будто ты…
- Я глава его рода. Я Блэк. Чего бы ему не слушаться меня?
- Чтобы заслужить такое отношение у этого ходячего кошмара, надо самому быть изрядным дерьмом, - зло бросил Сириус, поднимаясь.
- Сидеть! – неожиданно рявкнул Деймос. – Как глава рода приказываю тебе оставаться на месте, пока я не отпущу тебя.
- Я изгнан из рода, и ты мне не указ! – взъярился Сириус.
- Ты выжжен, поражен в правах, но изгонять тебя никто не изгонял. Сядь. Пришло время во всем разобраться. К тому же, я думал, что ты более… любопытен. Ведь я знаю будущее.
Сириус снова сел в кресло и хмуро наблюдал, как этот странный незнакомец, лишь очень отдаленно походивший на Джеймса и него самого, бросает в поданную Критчером пробирку свой волос.
- Давай, выясним вопрос родства сразу же, - сказал он, протягивая ему ставшее прозрачным зелье.
Сириус выдернул у себя волос и опустил его туда же. Зелье вспенилось и стало ярко-голубым.
- Мой отец по крови и магии. Теперь веришь? – Деймос усмехнулся и закурил. – А раз так, можно и поговорить. Спрашивай.
Сириус упрямо наклонил голову, очень знакомым жестом запустил пятерню в волосы, как делал это сам Деймос, и задумался над тем, не напиться ли ему огденским, как он поступал всякий раз, когда сталкивался со сложной, почти неразрешимой задачей.
- Итак, - Деймос сложил на груди руки и серьезно посмотрел на скорчившегося в кресле «отца», - с чего начнем?
- Волдеморт…
- Да победил я его. Чуть что – Волдеморт. Тебя больше ничего не интересует?
- Я мертв, Волдеморт мертв, ты жив, - глухо ответил Сириус, - что еще мне нужно знать?
- Странно. Я всегда считал тебя человеком, не обделенным фантазией.
- Да как-то одни неприятности от нее, - обреченно отозвался Сириус.