Пока Деймос ошарашенно моргал, пытаясь привести в норму глаза, которые не сразу перестроились, стоило яркому солнечному свету смениться полумраком прохладного помещения, девушка постучала в высокую резную дверь, перед которой они оказались."
"Из-за нее раздался приятный низкий голос, что-то сказавший по-испански, и Люсия толкнула дверь, вводя гостя в богато обставленный круглый кабинет. Из-за массивного письменного стола навстречу им поднялся высокий, очень молодой человек, как две капли воды похожий на сестру.
- Деймос Блэк? Добро пожаловать.
- Гарри Джеймс Орион Поттер-Блэк, если быть точным, - поправили его. – Деймос – мой… псевдоним. Я писал об этом.
- Да-да, прошу, - хозяин указал на роскошное кресло напротив заваленного бумагами стола. – Писали. И не только вы.
- Даже так? – Деймос принял из рук Люсии запотевший стакан лимонада и принюхался. Антарес одобрительно хмыкнул.
- Да, леди Вал предупреждала нас, что настанет такой черный день, когда к нам за помощью обратится некто, называющий себя Деймосом Блэком, главой ее рода.
- Помощь нужна не мне.
- Вот как. Что ж. Как я понимаю, времени у вас немного, а потому – внимательно слушаю.
Люсия гибкой тенью скользнула к брату и уселась на подлокотник его кресла, нежно обняв за шею. Оба были еще очень молоды, на вид им было не больше двадцати.
- Мы одно целое, - ответила на его мысли Люсия. – Нет, я не владею Легиллименцией, мне это и не нужно. Просто я подумала – вам интересно.
- Спасибо, - Деймос улыбнулся. – Попытаюсь кратко изложить ситуацию. Видите ли, господа и дамы, в Великобритании назревает война…
Блэки внимательно слушали рассказ Деймоса о нем самом, о роде, о войне, о супруге и о будущем. Когда дело дошло до Малфоев, они заметно напряглись и стали задавать вопросы:
- Метка? То есть глава рода Малфой фактически является рабом полукровки неизвестного происхождения?
- Мой супруг тоже полукровка. И тоже невероятно силен магически.
- Вы его раб?
- А как же? Все мы рабы тех, кого любим.
- В отношении Малфоев звучит двусмысленно, - Антарес отошел к окну и бездумно уставился в сад.
- Люциус давно совершил ошибку, еще в молодости. Нарцисса – кузина моего отца.
- Я помню наше древо, - он некоторое время задумчиво любовался цветами и молчал. - Мы не станем вмешиваться в войну, но окажем всю посильную помощь. Бряцать оружием – давняя прерогатива нашего благородного рода. Мы направим в Англию независимого наблюдателя.