Быстро вернув все в сейф, Блэк бросил еще один взгляд на портрет и растворился в пространстве, в последний раз возвращаясь в свое время. Теперь уже навсегда.
***
В течение трех дней Гарри только и занимался тем, что курил и читал тетрадь, оставленную Северусом, изредка прерываясь на еду, сон, занятия в тренажерном зале и процедуры для по-прежнему сладко дрыхнущего супруга.
Суть, постепенно вырисовавшаяся из сложных выводов и вычислений, была такова: зелье, которое Гарри собирался сварить, было не типовым, а очень тесно привязанным к роду и к самому заклинателю.
"«Зачем ты все так закрутил, Северус? С другой стороны, откуда у десятилетней девственницы сперма и магический супруг моего уровня силы? Откуда у столетнего старца пот, добытый посредством секса? Ну, купить, конечно, можно, но это будет не самая светлая покупка, не для обычной лавки ингредиентов. Вот и появились таблицы модификаций.
Гарри достал из бархатного мешочка сложенный вчетверо листок, на котором четким почерком было выведено:
«Я, Северус Тобиас Снейп, сим удостоверяю, что эксперимент с зельем комы был проведен мною добровольно.
Эта предсмертная записка, иначе не скажешь, была заверена гоблинами и одним уважаемым юристом волшебного мира.
Гарри еще раз просмотрел таблицы, забавляясь, определил состав зелья комы для трехлетнего мальчика, сироты с не проявившимся потенциалом, получившего сложнейшие переломы, потом для молодого мага с сильнейшей интоксикацией, осложнявшейся импотенцией… и понял, что Северус учел абсолютно все.
«Мой супруг – гений», - в который раз подумал Гарри и запаковал мешочек с ингредиентами – их время еще не пришло.
***
Блэки не отвечали. Гарри, пожав плечами, принялся за изучение заграничных темных родов. Отыскались даже потомки Джорджа Пикинджилла, самому младшему из которых должно было исполниться тридцать.