Рег про себя отметил, что знать о том, что другу детства уже пятьдесят, когда тебе по-прежнему девятнадцать – совершенно не то же самое, что убедиться в этом собственными глазами. Северус изменился, как и остальной магический мир, все-таки прошло более тридцати лет. Но кое-что осталось неизменным: Деймос Блэк, занявший свое место и поймавший ладонь мужа, прижавшийся к ней губами благодарно и чуточку – подобострастно, ворчливый Критчер, накрывающий на стол и следящий за тем, чтобы ослабевший второй хозяин не ел слишком тяжелую для него пищу, и сам дом, тот самый дом, в котором вот уже пять столетий рождались сильные темные маги, игравшие не последнюю роль в истории.
Хорошо, что род жив, что он будет жить, несмотря на непривычно высокого, изможденного и постаревшего Северуса, не изменившегося Дейма и чуть перестроенный и отремонтированный особняк.
Колесо Сансары неумолимо, не многим удается выхватить из-под него дорогую для себя жизнь, и он, Регулус Гарри Поттер-Блэк, рад, что рядом с ним оказался тот, кому это по плечу.
Глава 81"
"Северус просматривал газеты за пропущенный месяц, удобно расположившись в гостиной у камина, вытянув длинные ноги на специальную скамеечку, придвинутую к огню. Рег болтал по сквозному зеркалу со Скорпиусом, который немного простудился, и Цисса не выпускала его из дома. Никуда, даже к Поттерам.
Гарри срочно вызвали в аврорат, случилось какое-то крупное ограбление лавки зелий, имевшей патент на изготовление условно-разрешенных составов. Главный, чертыхаясь сквозь зубы, оторвался от истерзанного супруга, извинился и отбыл, одевшись, как по тревоге – за сорок секунд.
Северус же, приняв все необходимые зелья и мысленно поблагодарив Мерлина за временную передышку, спустился в гостиную. Обсудив с Регулусом некоторые важные и не очень вопросы и общих знакомых, он принялся наверстывать упущенное – Дейм не читал ему газет в перерывах между временными скачками, а быть в курсе всех событий Северусу хотелось. Лабораторией он займется через пару дней, когда перестанет испытывать тошноту и головокружение каждый раз, как встает с постели.
Тихий семейный вечер, почти идиллия. Где-то ворчит Критчер, скоро ужин…
Тут сработал камин, и из него вышла первая леди Британии. Спокойно так, будто делала это если не каждый день, то довольно часто.