- Мне нужно большое помещение с высокими потолками и желательно с большой работающей печью, - уточнила я свой запрос.
- Ага… Ну тогда… коптильня. Раньше охотники приносили дичь, да и селяне тоже сдавали живым весом поросят или бычков. А в замке оборудовали коптильню, чтобы потом возить на продажу.
- Это уже лучше… Но там же печи будут специфические.
- Еще есть старая гончарная, - продолжала вспоминать Риз.
- Гончарная? - удивилась я. - Не припоминаю такой.
- Она стоит отдельно от основного здания.
- Отлично! А вот это уже явно лучше. Идем, посмотрим, эту гончарную.
Ох!..
Не удивительно, что я не заметила это здания в зарослях сухого чертополоха и пожухлых стеблей крапивы. Располагалась бывшая гончарная мастерская на задворках замка. Ее стены, сложенные из грубого камня, покрылись мхом и плющом, но зато все еще выглядели целыми. Разве что крыша в одном месте слегка покосилась и текла."
"Внутри царила тишина, нарушаемая лишь редким шорохом мышей. Воздух был тяжел, пропитан запахом старой глины и пыли.
Гончарный круг, некогда сердце мастерской, стоял в углу, покрытый паутиной и пылью. Его деревянная основа потрескалась от времени, а металлические детали заржавели. Рядом, на полках, еще можно было разглядеть остатки инструментов - засохшие кисти, обломки резцов, куски глазури, превратившиеся в камень.
А еще старая печь для обжига. Огромная и мрачная, она все еще стояла в углу, словно древний страж, охраняющий тайны этого места. Ее черное жерло, когда-то пышущее жаром, теперь было холодным и пустым, как сердце, забывшее, что такое тепло. Но главное - она была абсолютна цела и могла выдержать большие температуры. Как раз то, что мне было нужно! Осталось лишь навести порядок и можно приниматься за дело.
Закатав рукава я довольно кивнула.
Ну, за работу!
- Апчхи! Чхи..!
Ох, какая пылища!
Ветер, пробирающийся сквозь щели в старых досках, играл с пылью, поднимая ее в воздух. А пыли здесь было - ого-го! И “ржавой” глиняной и обычной серой, которая покрывала все поверхности от пола до потолка.
Я стояла на пороге мастерской, чувствуя, как холодный воздух обволакивает мои руки, будто пытаясь отговорить меня от этого безумия.