Не знаю, как ощущается смерть, но мне кажется запах у нее должен быть именно такой. Не удивительно, что я оглушительно чихнула.
— Мейрик? — тихо раздалось со стороны кровати.
Качнулась на пятках и смело шагнула вперёд. Зря я переживала о князе. Судя по голосу, в случае опасности я его одной подушкой победить смогу.
Не просто так стражи принимали шэса-паршивца за князя. Его отец был практически одной ногой в могиле. Тонкая кожа, через которую просвечивались все вены, пугающе обтянула кости. Такое ощущение, что передо мной скелет, не понятно как задержавшийся на этом свете.
— Яркого солнца, — приветствие, которое могло бы показаться издёвкой в такой момент, мягко слетело с моих губ. — Меня зовут Эса Иссил.
Может Рэйн и называл его имя, но я была в таком состоянии, что пропустила его мимо ушей.
— Эса… — старик закашлялся и попытался приподнять голову от подушки. — Неужели у Мейрика получилось вас разыскать? Я уже и не думал, что доживу до встречи с вами. Ганс, просто Ганс.
Слова давались ему с трудом, а мутные, полные боли глаза, затянутые тонкой белой пленкой вряд ли могли меня рассмотреть.
Смотреть на Ганса было страшно, но не противно. В отличие от сына он не вызывал у меня неприязни.
— Ваш сын оказался очень настойчив, — как можно беззаботней заявила я. — Даже уговорил Великого духа принять его одним из шэсов, — мстительные нотки все же проскочили.
— Но как же… — старик закашлялся. — Самуэля… не примут… Он же…
Вряд ли может быть хуже братца!
И прежде чем я ляпну что-то подобное вслух поспешила мысленно обратиться к лисице.
— Рано вам умирать, Ганс. Ещё смену себе достойную не подготовили, — тихо заметила, наклоняясь над князем. Не хочется снова отбить себе лицо, падая без чувств.
Было больно. Едва один из хвостов лег на грудь князя, меня скрутило так, что даже сравнить с лечением Рэйна нельзя.