– Дай-ка мне информацию по этой твоей любовнице.
- Я не могу назвать ее своей любовницей, - тут же оскорбился Антон. – Она мать моего ребенка.
- Да хоть принцесса Лея! – не выдержал Кирилл. – ФИО и прочие данные есть?
Вместо ответа Антон кинул ему визитку, которую оставила Даша. Кир зачем-то ее сфотографировал. А Вишнякову почему-то жутко стремно было признаться другу, что он совершенно не помнит, при каких обстоятельствах встретил мать своего ребенка. Он знал, что с таким заявлением будут долго и прочно подкалывать.
глава 4
Макс с довольным видом восседал на личном автомобиле, в точности повторявшем модель одной из известных автокомпаний. Рулил и надувал губы, изображая звук работающего мотора. Даша одним глазом смотрела за сыном, другим поглядывала на часы. Новоявленный папаша безбожно опаздывал уже на пять минут. Передумал, испугался и убежал? Что ж, его право.
- Ма! – малыш, которому надоело торчать на одном месте, подергал родительницу за юбку платья. – Идем!
В свои три года Макс предпочитал общаться короткими предложениями в приказном стиле. Даша честно пыталась приучить сына говорить слово «пожалуйста» и «спасибо», но пока вежливость малышу не давалась. Да и зачем все так усложнять, если достаточно просто состроить жалобные глазки и собеседник уже готов отдать ему все, что захочет? А если нет, то всегда можно разреветься, и тогда уж точно весь мир у его ног.
- Ну ма! – с большим недовольством повторил малыш, а Даша еще раз глянула на часы. Две минуты. Она дает ему еще две минуты и уходит. Не ему с истерикой активного ребенка справляться.
- Да, дорогой, - присела перед ним на корточки Даша и поправила растрепавшуюся прическу сына. – Сейчас пойдем смотреть уточек. Одну минутку.
Макс скривил губы, собираясь скукситься и начать реветь, но вдруг удивленно захлопал, глядя матери куда-то за спину.
- Что ты…?
Но Даша уже и сама поняла. Обернулась и увидела Антона. Тот стоял у нее за спиной и зачарованно смотрел на ребенка. В руках держал какой-то пакет. А вид у парня был настолько ошарашенный, что девушка невольно почувствовала укол совести. Все-таки это весьма жестоко.
- Ты опоздал, - спокойно констатировала она. Виноватым Вишняков не выглядел, но все-таки бросил:
- Прости, никак не мог припарковаться.