Феано вздрогнула от отвращения, оглядев загаженный пол, а потом повернулась к сопровождавшей ее рабыне, которую трясло от ужаса.
— Полы вымыть начисто, тела на воздух вытащить, двери открыть настежь. Пусть ветер вонь унесет, — скомандовала Феано, голова которой гудела, как легионная труба.
— Слушаюсь, госпожа, — трясущимися губами прошамкала рабыня.
— Что тут было, пока я спала? — поинтересовалась Феано,
— Воинов царицы перебили всех, госпожа, — простучала зубами рабыня. — Их семьи прогнали за ворота.
— А потом что было? — нетерпеливо спросила Феано, которая выглянула в крошечное окошко и убедилась, что полдень давно уже миновал.
— А потом воины из Нижнего города налетели, да пришлые их стрелами отогнали, — развела руками рабыня.
— А когда остальные придут? — поинтересовалась Феано, и рабыня только махнула рукой.
— Да кто их знает! Как работа пойдет. Сейчас корабли все больше с патентами Господина Моря ходят, а их трогать не велено.
— Иди! — махнула рукой Феано. — Зови остальных баб. Приберите тут.
— Слушаюсь, госпожа, — поклонилась рабыня и вышла из мегарона.
— Что, царица? — Феано присела на корточки и жарко зашептала в ухо той, кого погубила. — Думала, что умная самая? Знаешь, кто я? Феано, женщина из царского дома Энгоми. Ты умрешь, а клятва государя не будет нарушена. Здорово, правда? Моргни, если слышишь!
Веки Поликсо едва заметно затрепетали, и девушка продолжила.
— Слышишь! Это хорошо. На суде Аида судья Калхас будет вопрошать тебя о прошлой жизни. Ты уж сделай милость, скажи, что я привет ему шлю. Мы с ним старые знакомцы. Да смотри, не забудь! А то я тело твое собакам скормлю.
И она встала и пошла на улицу. В мегароне находиться было совершенно невозможно. Упаси боги так умереть!
Солнышко ударило по глазам, и Феано зажмурилась.