Клад последних Романовых

Обряжусь работником коммунальных служб и почищу памятник от голубиного помета. Вот только как туда забраться?

— Послушайте, — отчаявшись отговорить его, воскликнула Полина, — может, стоит начать с нового дома на холме? Деревенская глушь, тишина, поковыряемся в старой балке, никто нас не заметит.

— Не все так просто, — продолжая изучать памятник, ответил Максим. — Никто из нас никогда туда не ездил. Что делается на месте усадьбы, неизвестно. Была война, коллективизация, перестройка. Дом мог сгореть, разрушиться, как многие усадьбы в области, или в нем может находиться клуб, санаторий, коровник, да мало ли что.

В этом случае поковыряться в балке будет проблематично. Лучше уж Потемкин. На крайний случай колокольня Петропавловского собора. Ах да, Полина, предупредите, пожалуйста, Ирину Григорьевну, чтобы не приезжала, а мне нужно подготовиться.

Полина безнадежно вздохнула. Ну и пусть, в конце концов, это его дело. Хочет лезть, пусть лезет. Она постоит в сторонке. Если что, они не знакомы.

— Ну, ребята, какие успехи? — бодро, почти весело спросил майор, едва Никита с Денисом уселись перед ним за стол.

— Да есть кое-что, — сдерживая удовольствие, в тон ему ответил Никита.

Денис лишь молча насупился. Ему хвастаться было нечем.

— Ну, что ж, слушаем вас, Никита, — правильно разобравшись в обстановке, предложил Станислав Дмитриевич."

"— Я сегодня объехал всех родственников Болотниковой, ничего интересного не выяснил, ни о сокровищах, ни о кровной вражде родственники ничего не знают.

Но! — Тут Никита сделал эффектную паузу. — Я смог разыскать лучшую подругу Аглаи Игоревны. Некую Зенцову Лидию Георгиевну. — Майор Авдеев одобрительно кивнул. — Так вот. Незадолго до своей смерти Болотникова приезжала к ней и жаловалась, что очень тревожится за своих. Подруга спросила, может, у зятя на работе неприятности, но Аглая отчего-то стала вспоминать свою бабку, которая покончила с собой, когда ее второго мужа ЧК арестовала, — боялась, что если ее саму арестуют, потянется ниточка к детям и внукам, и не стала дожидаться, то ли отравилась, то ли застрелилась. В общем, покончила с собой и спасла семью. И вот Аглая Игоревна ее вспоминала и говорила, что иногда для спасения семьи нужны жертвы. Или что-то в этом роде.

— Любопытно, — потирая подбородок, проговорил майор. — Любопытно, что она не поделилась своими опасениями с родными. Да и про сокровище никому из родных не рассказала.