– Но это действительно чудо!
– Тогда зайди в церковь и поставь свечку! – усмехнулся Ярцев.
– А что, и пойду, и поставлю! Во славу божью… За сим разрешите откланяться! – Довольный Гриня поднялся, галантно раскланялся и удалился, помахав нам на прощание рукой.
– Нет, ты слышала? – снова усмехнулся Антон: – «За сим разрешите откланяться»… Клоун! Ну, скажи, Полина, где справедливость в этом мире? Запись с риском для жизни сделала ты, подкинула следователю тоже ты, а свечка и слава – богу…
Я только улыбнулась в ответ.
– Антон, а ты передал ментам ту запись, где Виссарион признается в убийстве Полины Зайцевой?
– Разумеется! А ты подкинула Портянкину диск?
– А ты в этом сомневался?
– Нет, какие мы с тобой все-таки молодцы, а!
– Был бы толк…
Мы с Ярцевым доели обед, затем попрощались до вечера, и я ушла из кафе.
Я ехала домой в своем «Мини-Купере» и размышляла, что все-таки я нашла ахиллесову пяту Виссариона. Это – его связь с женой отца.
А если в то время, когда Кинделия, выйдя из здания ГИБДД после тяжелого трудового дня, садится в свою машину? Может, в этот момент пробежать мимо и бросить диск в окно его шикарной «Мицубиси»? Вдогонку за мной он точно не кинется: с его комплекцией беременного пингвина бегать – все равно что топору плавать.
За всеми этими размышлениями я не заметила, как превысила скорость, но спохватилась поздно, когда инспектор ГИБДД махнул перед моей машиной палочкой. Черт! Деваться некуда, знак я, разумеется, видела, только вот скорость не сбавила.