Ярцев тем временем тоже будет рыть со своей стороны, так что вдвоем мы, глядишь, что-нибудь полезное и накопаем. Но вот интересно, кто же видел меня вчера в клубе и, главное, узнал в гриме?
Ближе к вечеру я вышла из дома в образе вчерашней блондинки Фроси (менять его на какой-то другой пока не было нужды). Я села в машину и поехала в пункт проката авто. Светить свой «Мини-Купер» было более чем неразумно, а ездить каждый раз в такси накладно. Я выбрала недорогой и не новый «Форд» кораллового цвета.
Проверив наличие «жучков» в моей сумке, я отправилась прямиком к дому Виссариона. По дороге тормознула возле киоска и купила бутылку холодной колы и пару булочек с сосисками. А то с этой слежкой недолго и ноги протянуть.
Слежка – это, пожалуй, самое неприятное, что есть в моей работе. Мне приходилось часами практически неподвижно сидеть в машине и ловить момент, когда «объект» появится на горизонте, или так же часами слушать пустой треп из прослушки в надежде уловить хоть какую-то полезную информацию. Порой так приходилось проводить по несколько дней, и если вопрос питания в машине с горем пополам еще можно было решить с помощью бикфуда, то вопрос обратного процесса – освобождения от переваренной пищи и воды – далеко не всегда.
"Итак, я остановилась возле дома Виссариона. Его «Хонда Цивик» цвета «Тициан» золотистый стоял во дворе в ряду других немногочисленных машин. Похоже, хозяин отдыхает дома. Эх, вот где поставить бы «жучок»! Человек нигде так не откровенен, как в своем собственном доме. Но как проникнуть в апартаменты господина Кинделия? Разве что переодевшись почтальоном? Принесу письмо – адрес его, а фамилия другая.
Не годится. У таких зимой снега не выпросишь, не то что пять рублей нищему на корку хлеба.