С годами эта дамочка только стала раздражать ее еще больше. Поверхностная, глупая, жадная, хищная. Казалось, самым интересным для нее были разговоры о маникюре, массаже или модных нарядах. Иногда Кристина была вовсе не против поболтать о всякой чепухе, чтобы расслабиться, но со временем это начало напрягать, потому что другие темы Ларисе были откровенно неинтересны. Насколько ей было известно, несколько лет назад мачеха открыла элитный салон красоты, но не столько зарабатывала, сколько тратилась на свое излюбленное хобби… Бесконечные ремонты, смены имиджа компании, увольнение одних сотрудников по ничтожным поводам и поиск других, все более высокооплачиваемых и престижных… Папа ворчал иногда, но не было похоже, чтобы это всерьез его напрягало.
— Девочка моя, ну как ты там? — чересчур уж сочувственно промурлыкала в трубку Лариса. Почему-то не верила она в ее искренность и доброту… Вот ни капельки… Но считала себя обязанной соблюдать приличия.
— Я в порядке. Как вы сами?
— Ну что сказать? — манерно протянула вдова, должно быть, трагически закатывая глаза. — Для всех нас это стало неожиданностью, но мы ведь не должны опускать руки, правда? Жизнь продолжается! — Подобными заранее заготовленными банальными фразами она и на похоронах сыпала бесконечно.
Лариса долго еще говорила, а Кристина терпеливо слушала, мрачнея с каждым сказанным ей словом и уже чувствуя, что все это было лишь вступлением к чему-то более глобальному… Она не ошиблась.