Можно подумать, без приседаний они меня простушкой не сочтут! Только вчера из деревни, на ходу лапти на туфли поменяла, а уже рвусь в благородное общество! Или они будут рады, что я нашлась?
— Мне удастся подружиться с кузенами и кузинами?
Графиня вздохнула, видимо, удивляясь моей наивности.
— Ульнирика, милая, ты же умная девочка. Если тебя признают, то у твоих кузин появится конкурентка на брачном рынке. Красивая конкурентка, заметь! А у кузенов убавится земли, ведь теперь ты имеешь право на собственный надел.
— Почему?
— Чтобы стать баронессой, тебе нужно поместье. Пусть небольшое, но твоё — за каждой дочерью барон обязан дать кусок земли."
"Потому они и воюют с соседями, что из-за дурацкого обычая поместье уменьшается с рождением каждого ребёнка! Этак никакой земли не напасёшься. Вот и нападают на тех, кто слабее, чтобы отобрать угодья.
Стану благородной дамой, постараюсь изменить ситуацию. Ну глупо же! Если юная баронесса выходит замуж за обеспеченного благородного господина — она вполне может забрать приданым не землю, а деньги и материальные ценности.
Как я это сделаю? Через Венсана, конечно. Удастся убедить его в том, что такой подход полезен для целостности и процветания королевства, значит, граф сам будет продвигать мою идею.
— Не заговаривай с мужчиной первой, смотреть в глаза можешь, только если он по возрасту близок к тебе.
— Жёстко, — усмехнулась я.
— Жёстко? — искренне поразилась графиня.
Она укоризненно посмотрела на меня. Ну, да, благородные дамы и господа потому и благородные, что строго следуют правилам поведения в обществе и этикету. Только потом откуда дети в деревнях появляются?
Глава 69
— Что ты, милая, нынешние девушки вовсе распустились! Разве в моё время кто-либо позволял себе больше двух танцев с одним партнёром, если он не жених? А уйти с кавалером на балкон освежиться и не пригласить с собой пожилую родственницу? Дошло до того, что невесты могут запросто разговаривать с друзьями братьев, а свободные девушки — принять приглашение и поехать кататься с кавалером в открытой коляске!
— Но ведь коляска открытая, и они у всех на виду, — заметила я.
— Ещё бы она была закрыта! И без того ужасная вольность, — фыркнула графиня.