Разве не об этом я когда-то мечтала? Чтобы Кирилл гордился мной?
— Но с квартирой что не так? — спрашивает Самсонов. — Ты её продала.
— Я не закончила. Спасибо за помощь, но дальше я сама.
Не нужно за мной присматривать… Просто не нужно! Не сейчас, не после всего произошедшего!
Когда Кирилл меня бросил, то ни разу не дал о себе знать. Ни одного звоночка. Ни одной эсэмэски. Ни одного напоминания о том, что такой человек вообще был в моей жизни. Возможно, он всё делал правильно. Мы умерли друг для друга, нечего терзать душу.
— И всё же. — Кирилл склоняет голову на бок. — Мне просто интересно, что заставило тебя сменить элитный ЖК на старую хрущёвку?
Чёрт, выходит, он знает, где я живу! Проверил и карту, и квартиру. Хотелось бы и дальше верить, что Самсонов навсегда вычеркнул меня из своей жизни.
— Мне кажется, или это не твоё дело? — отвечаю Самсонову, гордо вскинув подбородок. — Прости, но тебя никто не просил покупать мне квартиру.
Кирилл щурится и внимательно на меня смотрит. Глаза темнеют и вспыхивают дьявольским огнём. Кажется, ему не нравится, что я разговариваю подобным тоном. И раньше не нравилось. Это выводило его из себя.
Он опускает руки в карманы брюк, делает шаг навстречу. Я автоматически отступаю назад. Всё ещё помню, как вкусно он пахнет.
На самом деле причина для продажи квартиры была более чем веской. Маша, моя университетская подруга, забеременела на первом курсе. Парень не отказался от ребёнка, женился. Маша взяла академ, осела дома. Родила прекрасную дочку по имени Кристина, которой я стала крёстной матерью."
"Ещё в утробе у малышки обнаружили проблемы со здоровьем.