Свои чужие

— Рада, Виточка! Рада!

Бабуля неожиданно обнимает меня за плечи, а потом прижимает к себе. Крепко так, по-настоящему. К глазам почему-то подбираются слёзы. Наверное, потому что от бабушки веет теплом и уютом, а ещё детством, счастьем и беззаботностью. Порой мне хочется вновь стать маленькой и глупой, доверив себя, свою жизнь и все решения проблем родителям.

Бабуля первой размыкает объятия и, легонько подталкивая меня на кухню, спрашивает, как дела. Я рассказываю о работе, личную жизнь не трогаю, а бабушка и не лезет.

Выслушивает, затем начинает накладывать в контейнер голубцы, тем самым намекая, что мне пора домой. К мужу.

— Это Кирюше передашь, — произносит она напоследок. — В прошлый раз ему понравилась моя еда.

Я добираюсь до «Лесных полян» ближе к восьми. Кирилла, естественно, всё ещё нет. Впрочем, не исключено, что они вовсе не приедет. Это к лучшему. Видеть его у меня нет ни малейшего желания.

Войдя в дом, мечтаю, чтобы скорее прошла проверка жилищно-бытовых условий. Я перестала бы так сильно волноваться.

Опека, наверное, может опросить соседей, поинтересоваться, как мы с Самсоновым живём. Очень весело, что уж. Бьём посуду, ругаемся. Отличная семейка!

Переступив порог кухни, удивляюсь, что здесь чисто. Ни одного осколка, ни одного напоминания о том, чем мы занимались вчера ночью. Ни одного намёка на то, что Кирилл со злости швырял тарелки на пол, потому что мне позвонил парень.

Я возвращаюсь в гостиную, забираюсь с ногами на диван. Бездумно таращусь в телевизор.

Время идёт очень быстро, и вот уже стрелки часов показывают начало десятого. Темнеет, а Кирилла всё нет. Он может быть где угодно: на работе, у девушки или на каком-то важном мероприятии. Плевать. Нет бы мне выдохнуть, что муж не явился домой, и уйти спать, но я этого не делаю.

Направляюсь на кухню, решив перекусить перед сном. Когда вспоминаю бабушкины голубцы, рот мгновенно наполняется слюной. Надеюсь, она не против, что я тоже попробую? Или эта передачка была исключительно для Кирюши?

Забравшись на барный стул, ставлю перед собой тарелку с едой и снимаю блокировку с телефона.

Как я и думала: мои сообщения остаются непрочитанными, Серёжи не было в сети с ночи. И что мне думать? Куда звонить? Отца у него нет, только мать и отчим, и они сильно пьют. По сути, он сирота при таких-то родителях. Одинокий, никому не нужный мальчик.

Я слышу, как открываются ворота, и напрягаюсь всем телом. Кирилл всё же приехал. Поздно, в десять вечера, но приехал.