Плюс три круга на поправку простыни и два — на взбивание подушки и встряхивание одеяла.
— Ясно, — Аррой нахмурился и принялся снова расстегивать китель. — Давай еще раз.
— Ну давай, — согласился Алекс. А это будет, пожалуй, забавно. — Отбой! — скомандовал резко. Аррой послушно разделся, сложил одежду и улегся под одеяло. — Подъем! — объявил Алекс и включил секундомер.
Они тренировались еще пять раз. Аррой уже весь взмок, и тяжело дышал сквозь сжатые зубы, но в итоге сумел-таки уложиться в положенную минуту. Алекс порывался сказать, что актеру можно зад особо не рвать, но глядя на сосредоточенного Арроя, или складывающего штаны и ровнехонько ставящего берцы под стул, или споро шнурующего их, каждый раз осекался.
— Хорошо, — скупо похвалил он. — Будем считать, штраф ты отработал. А теперь бегом марш на построение. За опоздание — сто отжиманий, — глянул на часы. — Построение через две с половиной минуты.
— Я-то побегу, — фыркнул Аррой, вытирая со лба пот. — Ты только скажи, куда.
— На главный плац, — Алекс секунду поразмыслил и добавил: — Тот край, что возле ангара.
— Очень мне интересно, как ты узнаешь, что я уложился в две минуты, — хмыкнул Аррой и, сверкнув улыбкой напоследок, исчез в коридоре.
— А вот это мой самый большой секрет, — хмыкнул Алекс и распахнул окно.
Бок, конечно, снова заныл, но проем был достаточно большим, чтобы Алекс без труда выбрался наружу. Дальнейшее было делом нескольких секунд: спуститься по пожарной лестнице, неторопливо пройтись вдоль газона и, завернув за угол, очутиться прямо на главном плацу и увидеть, как Аррой, не самым последним, кстати, бежит с противоположной стороны.
Было весьма забавно наблюдать, как при виде него, Аррой едва не споткнулся и широко распахнул глаза от удивления.
— Ого! — восхитился он, подбежав к Алексу. — Похоже, тебя прозвали Крюгером не только за характер.
— Весело тебе, да? — ухмыльнулся Алекс. — Вставай в строй. Стоять по стойке смирно. Равнение на середину. Покачнешься хоть на сантиметр — я замечу. И награжу тебя сотней подтягиваний.
— Есть, сэр! — Аррой виртуозно изобразил совершенно классический набор действий на команду, включая правильно приложенную к козырьку руку и четкий военный разворот. Выглядел он при этом серьезно, но вот в глазах играла какая-то бесноватая веселость, и почему-то было совершенно ясно, что сейчас это было чистой воды позерство. Ну или честная попытка вжиться в роль, за чем он, собственно, и приехал."
"И надо сказать, получалось у него неплохо.