— восхищенно произнёс Строганов: — Ты уже перевозил так… этих своих особо опасных индивидуумов?
— Сегодня — первый раз. Собственно, потому и попросил тебя помочь с армией. Если она сбежит — будет не хорошо. Михаил Алексеевич явно расстроится.
— Представляю… — вздохнул Степан Игнатьевич: — Слушай, говорят, она из этих… Лабораторных… Ну, модернизированных. Может быть… позвать ещё ратников?
— Нет. Двухсот пятидесяти для неё хватит. Я в этом уверен. — заявил Аркадий и махнул рукой: — Да и все системы работают отлично! Не зря же два дня на проверку убил.
— Ладно… В таком случае, будем надеяться, что всё пройдёт, как по маслу.
Ратник в силовой броне схватился за рукояти, а затем с грохотом запер мощные ставни прицепа.
+++
Во время летних каникул, мы с Толиком экспериментировали, на какое расстояние можем отдаляться друг от друга. На данный момент, радиус достигал 5537 метров. После этой цифры мне становилось немного не по себе. Легкое головокружение и тошнота.
Но Москва — город большой. Так что придётся нам некоторое время составлять планы вместе.
Очень хорошо, что у меня оказался настолько понимающий брат. Хотя, и я со своей стороны старался всячески помогать. Он это прекрасно знал, поэтому с радостью поддерживал условия нашего симбиоза.
— Мы гулять. Ты пойдёшь? — спросил я.
— Нет. — Толик сидел в позе лотоса в центре своей комнаты и слушал очень странную музыку, больше напоминающую мантры монахов-культистов из звёздной системы Брауэлсек.
А зачем всё это Толику — для меня оставалось загадкой.
— Ты в порядке, брат? — осторожно уточнил я.
— В порядке. Я увеличиваю духовную силу во имя своей будущей кошко-жены. — зажмурив глаза, ответил очкарик: — Не мешай.
— Понял. — я лишь поднял ладони на уровень плеч, а затем закрыл дверь в его комнату.
Как бы сказал сейчас Санёк — на нет и суда нет. Никого не заставляем и не принуждаем.
— Значит… пойдём втроём. — произнёс я, и мы вышли в коридор.
Сперва было не совсем понятно, почему ребята из нашего общежития так таращились.