А, кого?
— Так… — я вытащил бумажник и немного порывшись, нашёл свёрнутую фотокарточку с Лилит: — Вот!
— О… — Колобок растерянно вздохнул: — Ваше Благородие, а вы в курсе, что это польский агент?
— Да. Плотников уже рассказал. Просто… она очень нужна мне. Кое-кто даже пытался шантажировать меня ей. Вот, хочу поймать и держать поближе.
— Тяжкие у вас цели, Господин. Я одолжу? — пузан взглядом указал на карточку.
— Конечно.
— Попробую раскопать всё, что есть… Но это будет не быстро. Такие люди умеют прятаться, Ваше Благородие!
— Понимаю.
"— Всё может быть. — Колобок зажал сигару в зубах, а затем спрятал фотокарточку во внутренний карман куртки: — Что же… Буду ждать от вас новых заказов, Господин Демидов. Для вас в нашем гараже всегда только самые лучшие модели!
— Благодарю. Хорошего вечера!
— И вам. — Колобок с улыбкой снял кепку, и поклонившись, сел в свой обшарпанный фаэтон.
Ещё одна поисковая удочка закинута.
— Как успехи? — поинтересовалась Настя, внимательно изучая газету.
— Всё хорошо. — я уселся поудобнее: — Завтра надо будет забрать.
— Супер! Могу свозить, если хочешь.
В этот момент в моём кармане завибрировал мобильник. Вытащив его, я увидел сообщение:
От кого:Пуся
«В субботу я хотела бы посмотреть с тобой новый сериал. Как насчёт того, чтобы встретиться в 18:00 в том самом месте? С меня хорошее настроение:*»
Мратство! Да они что, сговорились?!?!
— Что такое? — промурлыкала Настя, внезапно оказавшись в сантиметре от моего телефона: — Поклонницы пишут?
— Да.
— Ха-ха! Врунишка! Цену себя набиваешь, да? — хихикнула Шанго: — Ну, правда! Кто тебе писал? Поди — Толик?
— Он самый. Переживает, что меня долго нет… — лоб покрылся потом от напряжения. Моменты из того жуткого сна вереницей проплыли перед глазами…
— Действительно… Ты спал два с половиной часа. — Настя нажала на кнопку, и перегородка, разделяющая водителя с пассажирами, плавно отъехала вниз: — Эдгар! Ускорься, пожалуйста!
— Да, Ваше Сиятельство! — отозвался шофер, и моколь на бешенной скорости понёс нас обратно в Университет.
Глава 8
— Прошу простить за то, что встречаемся в столь неформальной обстановке, Прохор… — я с сожалением посмотрел на Любимова: — Но Университетский турнир — вещь серьёзная. Меня надолго не отпускают.
— Ничего страшного, Ваше Благородие! — с радостной улыбкой ответил он.