— Хорошо. Твоя взяла! Даже мои друзья не отвечают. — вздохнул я: — Но сути-то это не изменит. Понимаешь — я человек целеустремлённый. И просто так от тебя не отстану. Вот скажи — какой смысл в твоём сопротивлении? Будешь страдать, пока не отключишься от боли? Так у тебя порог нечеловеческий! Честно, я таких кремней давненько не встречал… Но и фантазия у меня пока не закончилась.
— Господин! — из машины осторожно выглянула Рудольф: — У вас точно всё хорошо?
— Да просто прекрасно! Общаемся вот. — я взял руку лысого и с хрустом сломал кисть.
— Хорошо. — кивнув, Рудольф закрыла дверь.
Опять же, было бы правильнее вызвать сюда Плотникова. Он бы забрал этого переломыша с собой. Но вдруг по дороге что-то случится? У меня нет уверенности, что это вообще человек.
Однако от мыслей меня отвлёк пронзительный визг покрышек, и спустя мгновение нас окружило с десяток чёрных машин во главе с дорогущим кабриолетом, из которого вышли Крис и Майор.
— Ваше Благородие! — воскликнул Воскобоин, и ко мне со всех сторон побежали вооружённые оперативники Охранки: — Ох… Какое счастье, что с вами всё хорошо! Немедленно отойдите от него, пока он на вас не напал!
— Он? На меня? — усмехнулся я: — Боюсь, ему уже нечем…
— Господи! — выдохнул Майор, увидев, в каком состоянии лысый: — Госпожа Фельдфебель! Срочно фотографируйте! Это уму непостижимо…
— А, что не так? — поинтересовался я.
— Так, как же? Это очень известный польский агент… Царская разведка. Таких персонажей посылают на ликвидацию неугодных Царю субъектов. — пояснил Воскобоин.
— Ликвидацию? — удивился я: — А, чем я Польскому Царю не угодил?
— Всем. — усмехнувшись, произнёс агент, когда оперативники накидывали на его изувеченные запястья наручники.
— Почему ты заговорил только сейчас?! — возмутился я, но лысый в ответ лишь промолчал. Воскобоин даже не стал дожидаться карету скорой помощи. Погрузили агента в одну из чёрных машин и сразу же увезли.
— Дерьмо… — выдохнул Майор, увидев два трупа: — Плохо… Очень плохо!
— Погодите, Господин Майор! Но они хотели меня убить. — тут же сообщил я: — Это была самозащита.
— Да-да… Я прекрасно понимаю. И Его Императорское Величество поймет. А вот поймёт ли Царь Борис? Хороший вопрос… — вытерев пот со лба, выдохнул Гриша.
— Погодите, но какой прок Царю Борису от моей смерти?
— Это нам ещё только предстоит узнать.