— Нам стало известно, что в вашей собственности, находится артефакт, позволяющий перемещаться во многие закрытые места, в том числе и в Изумрудные Чертоги, и что вы недавно их посещали. — Генерал видимо ждал какой-то реплики от Владимира, но не дождался и продолжил. — Вы ничего не трогали, и даже не прошлись по залу. А лишь бросили взгляд на несколько предметов, и закрыли переход. Не пытались взломать стекло, даже не касались его, и больше в Чертогах не появлялись, из чего мы делаем вывод, что собирательство даже сверхценных предметов вас не интересует.
Владимир молча поклонился, подтверждая правоту генерала.
— Однако, кроме вас, явно не обделённого понятиями чести, существуют многие другие, наоборот совершенно лишённые этих качеств. Пять часов назад, группа злоумышленников, проникла под видом туристов в один из пределов Изумрудных чертогов, и как-то активировав защиту от вторжения, отсекла залы от возможности внешнего проникновения. Самое плохое, что ими захвачена группа наших учёных, и маленькая экскурсионная группа.
— Но я не смогу перенести ваших людей внутрь. — Владимир развёл руками. — Портальный артефакт переносит только одного человека, и он должен находиться в руках у того, что переходит. Я попробовал вручать его своим матрисс, но он не сработал.
— Тогда боюсь мы в тупике. — Генерал покачал головой.
— Это почему же? — Принц Эсверан удивлённо повернулся к ханду. — Вы не рассмотрели совсем очевидный и простой вариант. Попросить владыку Влада пойти туда и убить их всех.
— А так можно? — Урби Готс заинтересованно посмотрел на Влада.
— Да чего нет-то? — Соколов улыбнулся. — Вам живые нужны, или всех под ноль?
Поскольку у хандов не просто припекало, а полыхало, Владимир прямо в кабинете сняв узкий пиджак-бизаро, и оставив ножны, достал из пространственного кармана пирамидку, и сверившись с ассистентом набрал комбинацию, после чего шагнул в хандскую сокровищницу.
Теперь, находясь внутри, он смог оценить роскошь сводчатого потолка, расписанного вручную, колонны из огромных кристаллов изумруда, поддерживавшие свод, и пол из малахитовой плитки, подогнанной по цветам и рисункам так, словно это он казался единым отполированным монолитом.