По подсказке новгородцев пымали несколько ярых сторонников Ярополка, коим пожаловал дома и земли воевод Владимира. Для них спешно начали ставить еще колья, а кому не нашлось места, тех Владимир велел повесить на крюках за ребра возле городских ворот.
Жен и старших дочерей предателей отдал викингам и просто охочим на потеху, младших – в жертву Перуну, а дома – на поток и разграбление. Земли вернул прежним хозяевам, не взяв себе ни щепочки.
Глава 3
Войдан еще в первый день собрал сотников, велел проверить, кто и насколько в их старшей и младшей дружинах готов к бою, а кто и к походу на Киев.
Главному войску викингов оставалось два дня хода, чтобы добраться до Новгорода. Владимир спешил за эти два дня переделать все дела, чтобы увести эту жадную до крови толпу в глубину Руси.
Задерганный, усталый, он валился с ног, а в седле проводил времени больше, чем на ложе.
Обедал стоя, как конь, так еще можно противиться сну. Когда дверь распахнулась, Владимир ожидал Тавра, но на пороге возник перекошенный силуэт Сувора.
– Княже, к тебе послы!
– Кто? – переспросил Владимир.
– Послы!
– От кого? – Он ощутил, как сон начал отступать, а сердце похолодело. – От Ярополка? Или от Рогволода?
– Нет, княже. Заморские! Правда, гутарят по-нашему, только язык малость чудной.
– Не до послов, – ответил Владимир. – Накорми, пусть ждут до утра. Утро, мол, вечера мудренее.
– Как скажешь, княже, – ответил Сувор, но остался на месте. – Подождут так подождут.
Владимир горько засмеялся:
– Помощи? У нас? Самому впору вешаться или топиться. Зови! Интересно, кому это еще хуже, чем нам… Нет, приведи их в малую палату. Там сейчас Добрыня с боярами, Тавр. Я сейчас приду.
Сувор удалился. Владимир осушил еще чарку кавы, набросил княжеское платье и спустился в малую палату. Пир там угасал, но пиры Владимира были теми кострами, которые только ждут новой охапки хвороста.