В нем говорится, что Александр Орлов готов принять под свои знамена любого, желающего встать на защиту государства. Это - официальное прощение любых прегрешений. Солдатам после победы выплатят по сотне орлов, а главное, князь обещает всем одаренным, вступившим в ряды армии, дворянский титул и надел земли.
В толпе людей поднялся шум. Слова Ершова поразили всех, послышались оскорбления, гневные выкрики, однако были и те, кто молчал, задумчиво поглядывая на Ершова.
- Князь обманет! - чей-то громкий возглас прорезался сквозь шум.
- Дворяне слова не нарушают, тем более князь! - ответил Савелий и задумчивых лиц стало еще больше. Я даже услышал фразы вроде “Не нарушают”, “Правда ведь, все об этом знают”."
"- Если Александр Орлов издал указ, - продолжал Ершов, - то он выполнит его. Я тоже теплых чувств к нему не питаю, я ненавижу дворян всем сердцем, но у нас есть реальная возможность повлиять на ситуацию. Князь в панике и готов на все, нельзя упускать такую возможность! Дворянство и земли, не об этом ли в тайне мечтал каждый из вас? Мы можем взять с собой всех желающих и поселиться на собственной земле!
Кажется, Ершов попал в больную точку.
- Пусть Зимин скажет! - вновь крикнули из толпы.
- Да! Скажи, что думаешь! - поддержал его.
Корней долго молчал. Затем он тяжелым взглядом обвел собравшихся, тряхнул головой, отчего цепочки в его волосах тонко зазвенели и произнес:
- Я обещал, что не успокоюсь, пока власть дворян окончательно не падет.
Голос Зимина становился все громче, пока не перешел в рык. Гигант вытащил из ножен саблю и наставил ее на Ершова:
- Ты разочаровал меня! Ты предал меня, встав на сторону врага, но я хочу дать тебе шанс. Нас рассудит честный поединок. Ты хочешь стать дворянином? Вот и будем биться по их правилам! Никакой магии, сталь против стали, до смерти!
Над площадью повисла гробовая тишина, и в ней как выстрел прозвучал ответ Савелия:
- Я принимаю вызов.
- Жду тебя через час на тренировочном поле, - услышали мы слова Корнея.
Зимин отвернулся от людей и ушел в дом. Вслед за ним отправился к себе Ершов, а оставшийся на площади народ ошеломленно замер, пытаясь осознать разыгравшуюся перед ними сцену. Только что два их лидера собрались убивать друг друга.