Канцелярия ютилась на окраине города, и, что немаловажно, пока мы до нее доехали, я так ни разу и не заметил трущоб, которые так хорошо запомнились в столице княжества.
- Чисто у вас тут, - подсел я ближе к вознице. - И деревянных домов почти нет.
- Так запрещено, - дородный, усатый мужчина расслабленно сидел на козлах, лениво держа поводья. - Как сто лет назад Вальдорф чуть не дотла сгорел, так теперь только каменные дома разрешают строить. Вон сосед у меня года два назад пытался как-то себе домишко собрать.
- Землянки тоже нельзя строить?
- Нет. Снесут тут же. У наместника с этим строго. Приезжают конечно всякие, правил не знают. Селятся на окраинах, но их быстро оттуда выживают. Хочешь строиться - изволь получить разрешение, а это ой как недешево, а нет денег, так снимай койку в бараках, для них целый район имеется в стороне от города.
Извозчик как заправский гид начал рассказывать об истории Вальдорфа, его главных достопримечательностях и важных событиях в жизни города. Чувствовалось, что мужчина гордится местом, где живет.
- А что, хорошо у нас тут. Работа есть, еда есть. Жена, вон, четвертого ждет, разродиться должна скоро. Главное дворянам дорогу не переходи, среди них всяких хватает, бывает такие сволочи попадутся… - мужчина вдруг осекся, сообразив с кем откровенничает и спешно завершил разговор.
Больше возница рта не открывал, да я и не настаивал, любуясь проплывающими мимо пейзажами и молодыми девушками, нарядившимся по случаю теплой погоды в легкомысленные платьица, почти не скрывающие прелестные ножки.
До канцелярии наша небольшая колонна добралась без приключений, да и там особо не задержалась. Леонид ненадолго заскочил в трехэтажное кирпичное здание, отставив нас под присмотром лейтенанта, но не прошло и десяти минут, как он вновь оказался на головной повозке и путь продолжился. Вскоре выяснилось, что отправились мы на перевалочную военную базу княжества, расположенную неподалеку от Вальдорфа.