Княжество Орловское. Война. (Год страха 2)

Чуть позже мне стало известно, что из сорока офицеров погибли семнадцать, еще девять получили тяжелые ранения, остальные, в том числе и Мирон, отделались сильным магическим истощением и мелкими травмами. Застава выстояла. Однако расслабляться было рано.

Не прошло и пяти минут после того, как закончился бой, а к месту основного сражения уже спешил лекарь. Всех, кто мог стоять на ногах, тут же отправили ему на помощь - вытаскивать из-под завалов раненых убитых. Причем приказ распространялся на весь личный состав - полковник, отражавший штурм вместе с остальными дворянами, не делал различия между офицерами и рядовыми - работали все.

Точнее почти все. Нестор Обрезков, выглядевший так, будто и не участвовал в схватке, на просьбы помочь не реагировал, изображая временную глухоту.

Лекаря на всех не хватало, пусть атакующая магия оставляла очень мало шансов на выживание, но десятки все еще живых людей требовали помощи. Оторванные конечности, обожженные тела, распоротые внутренности, все эти плоды войны не замечались в пылу боя, но адреналин распадался в крови, и многим при виде результатов скоротечной схватки становилось дурно.

Кто-то пытался поднять мертвого друга, кто-то блевал, согнувшись в три погибели. Радость победы постепенно уходила, уступая месту гнилому послевкусию боя. Уж на что я считал себя черствым человеком, но даже мне стало плохо, однако сантименты пришлось оставить на потом - людям требовалась помощь, и пусть лечить я не умел, но элементарно затянуть тряпкой кровоточащую рану, был способен.

Берт нам с Витьком помогать не мог, он хоть и остановил себе кровь, но ходил с большим трудом, поэтому мы его командировали к легкораненым, которыми уже занималась Любаша. Девушка прибыла вместе с лекарем и всеми силами пыталась облегчить страдания солдат.

Штатный коновал заставы естественно в первую очередь занимался спасением дворян. Несколько офицеров находились на краю гибели, и только усилия лекаря не давали им пересечь черту, а в это время простые солдаты продолжали умирать.

И я прекрасно понимал, что все делается правильно, что один маг куда ценнее чем десять обычных рубак, что лекарь не сможет вылечить всех, но мне было до боли в груди жаль тех, к кому помощь так и не подоспела.

Разбор завалов, перевязка раненых и перенос убитых к штабу отняли у нас довольно много времени. Линия мертвых тел росла как страшное напоминание о том, насколько хрупка человеческая жизнь.