Плюс та самая благонадёжность — с Хоккайдо у нас вооружённый нейтралитет, так что поверить в меня им было ещё сложнее. Тем не менее, для них это был реальный шанс закончить вражду с Императорским Родом, и я на восемьдесят процентов был уверен в их положительном ответе. Всё упиралось во время. С альянсом английских кланов дела обстоят ещё сложнее. Им, вроде как, и терять-то особо нечего, но при этом о плане они знают вообще лишь в общих чертах, с Аматэру у них отношения… пусть будет — напряжённые. Так ко всему прочему, альянс английских кланов — это не Хоккайдо, где есть явный и авторитетный лидер, плюс нужда держаться друг за друга.
"Короче говоря, я дал им две недели, и то Гонт возмущался, уверяя, что такие решения нельзя принимать на скорую руку. Ещё и пытался узнать, почему я ограничиваю их во времени. А что я мог ему на это ответить? Ничего. Не говорить же представителю английского клана, что я ещё и с русскими сотрудничаю? Которые очень осторожно и незаметно подогревают революционные настроения филиппинцев.
Вернувшись домой, я первым делом нашёл Лену, свою секретаршу, у которой на всякий случай проверил, пытался ли кто-то со мной связаться и какие сообщения мне оставляли.
Хотя, с “ничего” я погорячился — стандартных и не очень запросов от различных аристократов было полно, но это норма.
На то, чтобы рассмотреть накопившиеся за время моего отсутствия бумаги, — а это и почта, и доклады, и запросы различных служб, и много чего ещё, — мне хватило двух часов. Что-то сходу одобрил, что-то отложил в долгий ящик, что-то передал своим людям, письма от аристократов со своими комментариями и пояснениями вернул Лене.