С любовью, ЮдораЯ уставилась на письмо, поразившись тому, что оно поведало: на бумаге я оказалась миллионером, став единоличным владельцем инвестиционного счета и значительного участка недвижимости в престижном районе. К тому же теоретически я могла продать все это и больше никогда не работать.
Затем мне вспомнился Лео и то, что он рассказывал мне о комитетах Юдоры вместе со всей той работой, которую она из года в год проделывала для благоустройства города.
Я сложила письмо и засунула его обратно в конверт, затем положила послание Юдоры в более толстый конверт с документами, подтверждающими право собственности.
"– Если не возражаете, мистер Гарлэнд, я бы попросила сохранить их для меня в надежном месте. – Отодвинув стул, я встала, суставы все еще болели, а небольшая повязка на лбу скрывала самую заметную из моих ран. – И, если вы не против, я бы хотела, чтобы все функционировало в прежнем режиме.
Возможно, он ожидал, что я скажу нечто иное, потому что на мгновение выглядел удивленным, а затем широко улыбнулся.
– Вы же знаете, что она бы вами гордилась?
Я улыбнулась в ответ.
– Очень на это надеюсь.
Воздух на улице оказался неожиданно теплым для середины октября. Владельцы магазинов принялись украшать свои витрины к предстоящему мероприятию «Сладость или гадость», организованному Торговой палатой. Чтобы обезопасить детей и облегчить жизнь родителям, все предприятия, расположенные на центральных улицах, прониклись духом Хеллоуина и раздавали детям конфеты.
Конечно, мне тоже предстояло украсить особняк. В подвале у Юдоры хранилось столько тематических вещей, что я не смогла бы использовать их все в «Кабинете графа». В частности, гигантский паук занял почетное место над входной дверью дома. Недавно я заприметила его в подвале, и мне пришло в голову, что мои «паучьи» сны могли быть связаны скорее с декором, чем с реальными убийцами. Теперь я рассчитывала, что паук останется украшением, а не главным действующим лицом моих сновидений.
Меня переполняли надежды, что я сумею оправдать ожидания, которые Юдора возлагала на декорации. Ведь после ее кончины именно мне полагалось поддерживать имидж самого колдовского дома в городе.
Несмотря на арест Оуэна, я все равно решила вернуться в магазин по главным дорогам. Я брала выходной и ездила в Барнсвилл в клинику, чтобы получить одобрение врача касаемо моей заживающей раны на руке.