"
"В ответ послышался одиночный пистолетный выстрел, направленный из рощицы деревьев, которые росли еще ближе к обрыву, напротив Джона, Асгара и уйгуров. Пуля угодила в камень, разбрасывая острые осколки.
— Смотрите, — сказал Асгар.
В десяти шагах от валунов, ближе к тому месту, где затаились уйгуры и Смит, находилась груда камней меньшего размера. На них лежало большое поваленное дерево, и Джон заметил, что за ним что-то движется. Он присмотрелся, и в этот миг автомат выпустил еще одну короткую очередь.
Негромкий гипнотизирующий голос, который Джон надеялся никогда не услышать вновь, произнес по-английски:
— Хитроумная западня, мадам Ли. Но я видывал и не такое. Ваши наемники убили многих моих людей, но, к несчастью для вас, не смогли убить меня.
Ли Коню, спрятавшаяся за поваленным стволом и прикрытая со спины грудой камней, заговорила мелодичным голосом, таким спокойным, словно она принимала посетителя в гостиной своего шанхайского особняка:
— Вдобавок я не смогла забрать деньги.
— Мне нужна грузовая декларация, и я подозреваю, милая леди, что у вас кончились патроны, — отозвался Фэн. — Если бы не ваш приятель там, в роще, вы уже были бы мертвы, а декларация оказалась бы у меня в руках. Интересно, кто он такой?
— Почему они говорят по-английски? — прошептал Асгар.
— Понятия не имею, черт побери, — ответил Джон. — Вероятно, у Фэна еще есть люди, спрятавшиеся поблизости, и ему не хочется, чтобы они поняли его речь.
— Вы очень многого не знаете, Фэн, — насмешливо произнесла Ли Коню.
— Надо было беречь декларацию, когда она находилась у тебя, Фэн, — нервным голосом заговорил мужчина, сидевший рядом с ней. — Тогда ничего этого не случилось бы и никто бы не пострадал.
— Какая радость — вновь услышать вас, босс. Я свалял дурака, поверив, будто бы вы совершили самоубийство ради благополучия своих родных. С другой стороны, ваше спасение — дело рук мадам Ли.
— Вы всегда слишком много болтаете, Фэн, — откликнулась Ли. — Поскольку вы говорите, что вам нужна декларация, нас могли бы заинтересовать деньги, которыми вы располагаете.
— Как всегда, в первую очередь — дело, мадам? Если не ошибаюсь, условия прежние. Два миллиона долларов в обмен на документ.
— Разумеется.
— Считайте, что мы договорились.