— Именно, — я ударил кулаком по столу, и пустая кружка подпрыгнула, упала на пол и покатилась с оглушительным, пронзительным лязгом. — Но теперь мы знаем. Знаем место. Знаем время. Знаем их силу, их тактику, их слабость — эту слепую веру в свою собственную, безупречную систему. И мы должны это остановить. Не просто помешать. Мы должны уничтожить их планы в зародыше, вырвать с корнем эту опухоль, пока она не метастазировала на всё тело Империи.
— Но как? — в голосе Алины, которая неслышно спустилась с верхнего этажа, слышались слёзы, безграничный ужас и отчаяние.
— Прямым столкновением, в лобовую атаку — нет, — я согласился, подходя к ней и беря её ледяные, дрожащие руки в свои.
Я обернулся к Альфреду, который уже лихорадочно чертил что-то на своём планшете, водя по нему обожжённым пальцем, его лицо было искажено гримасой концентрации. — Ты говорил, что у тебя есть идеи насчёт их чипов. Время воплощать. Время творить чудеса, гений. Время спасти мир своим паяльником и клубком проводов.
Лицо Альфреда озарилось знакомой безумной искрой, но на этот раз в его глазах горел не только азарт первооткрывателя, но и холодная, беспощадная ярость учёного.
"— Да! Я почти закончил моделирование! — он ткнул в планшет и повернул его ко мне. На экране была сложная, трёхмерная, многослойная схема, напоминающая клубок светящихся ядовитых змей. — Я проанализировал обрывки сигнала с того чипа, что мы вырезали! Их контрольный канал — он узкополосный, высокочастотный, с шифрованием на уровне военных спутников.