Морщины на его лице проступили особенно ярко, а взгляд стал тусклым и безжизненным.
— Ты думаешь, я не хотел провернуть нечто подобное? Вернуться назад и спасти Тару? Или нашу дочь? — голос его надтреснул и скрипел не хуже несмазанной телеги. — Я пробовал, но не смог. В тюрьме я оказался ещё и за это. За то, что покусился на святое.
— Я не знал…
— Поэтому сделал, — грустно улыбнулся Райо. — И чуть не умер. Ты можешь сколько угодно бахвалиться, что запреты существуют только в нашей голове, но эти запреты существуют не зря.
— У меня вообще была крамольная мысль забрать тёщу с нами, — честно признался я."
"— Мозгами повредился? — осторожно уточнил Райо. — Как ты себе это представлял? Помнишь реакцию плода на низкий магический фон в человеческом мире? Такая же зависимость существует и в обратную сторону. Наш магический фон жителя немагического мира попросту убил бы.
— Погоди! Так немагическая цивилизация вторгалась в мир аспидов, были пилоты или кто-то ещё… они же не умирали…
— Так они меня изучали несколько лет, пока мы дружили, — выдал дед и тут же замолчал настороженно.
— Погоди, что значит «изучали»?
Я уже встал с постели и принялся одеваться. Сознание ещё немного штормило, но в целом жить можно было.
— То и значит, кровь брали на анализы, всевозможные эксперименты проводили. Я им даже несколько чешуек пожертвовал для науки.
Я замер, в немом изумлении уставившись на дракона.
— Ты… — у меня не находилось слов… — так вот откуда они взяли адамантий для своих маяков, из твоей крови вычленили.
Райо молча опустил взгляд.
— И, скорее всего, каким-то образом выделили способность к сопротивлению магическому фону.
Теперь стало понятно, отчего Райо так убивался чувством вины. Основания у него были. Понятно, что он не лично за ручку привёл захватчиков в мир аспидов, но он дал им инструменты, добровольно отдавшись для исследований.
А те и рады стараться.