Коронуйся с поддержкой существующих сил, будет у тебя две провинции с самоуправлением, а ты будешь налаживать связи между ними. Но зато никто не будет тянуть одеяло на себя, доказывая, что у него кровь аспидистей или ёмкость благодати больше. Столица у тебя уже есть, паладины и так уже де-факто военные аристократы, а племенам раздашь земли без аномалий и поможешь превратить пустыню в оазисы. Получишь ещё парочку десятков аристократических родов, а потом и остальную пустыню с аспидами восстановишь.
— Это всё прекрасно, но вы забываете одну деталь, — напомнил я всем присутствующим, — я годами здесь не бываю.
— Ты, кажется, плохо себе представляешь роль правителя, — улыбнулся принц Андрей, — его народ за всю жизнь может так и не увидеть, зная, что он где-то там есть и всё. Так что будешь появляться периодически по праздникам и так же в авральном режиме решать срочные вопросы, остальное у тебя и так уже делегировано.
«Андрей, ладно они, но ты-то чего так активно меня уговариваешь?» — обратился я к принцу по кровной связи.
«Да потому что к власти должны приходить достойные, а обычно до неё дорываются наименее принципиальные и наиболее изворотливые».
«У тебя брату быть императором, — на всякий случай напомнил я ему. — И он до отвратительности благородный».
«Такие долго на троне не засиживаются.
Я как-то плохо представлял на троне двух человек. Хотя, если Марию сделать теневым правителем, а Александра этаким благородным рыцарем без страха и упрёка, то, возможно, и вышло бы уравновесить их натуры.
«Твоё, — отвратительно нашёптывал внутренний голос, — тебе с ними вести дела в будущем, если взойдёшь на трон».
Похоже, это был не внутренний голос, а адамантий. Я подумал бы на Гемоса, но тот всё ещё никак не отошёл от бойни с дубом-пожирателем и не проявлял себя.
— Что Серв думает по поводу этого предложения?
— А ты сходи на совет паладинов и сам узнаешь, — хмыкнула Милица. — Он оттуда идею и принёс.