Света нахмурилась, словно пыталась разгадать, шучу я или нет.
— Правда, не знал? — переспросила она.
— Я и сейчас не догадываюсь, о чём ты!
Невеста обняла меня и крепко поцеловала.
— Ты — чудо! И даже не представляешь какое!
— Просвети же меня, — я обнял невесту и осторожно поднёс к её губам алую ягоду фарлы, чем-то похожую на смесь вкусов земной клубники и малины.
Светлана осторожно захватила ягоду губами и язычком лизнула мне кончики пальцев, чуть подразнивая и сверкнув глазами. Расплывшись в блаженной улыбке от вкуса, она принялась пояснять:
— Помнишь, как Носорогов использовал против меня «Слёзы девственниц»?
— Ещё бы, — кивнул я.
У меня до сих пор были мысли, что он слишком легко отделался.
— Я попросила у отца формулу противоядия. Его ещё твоя мама разрабатывала, но не успела довести до ума. Я в свободное время в академии пыталась доработать рецептуру. Мы как-то даже с Ольгой её обсуждали, и она натолкнула меня на одну мысль. Большинство алхимии их времени было простой в изготовлении, но многокомпонентной, принимаемой по графику.
Я понимал стремление Светы отыскать противоядие после всего пережитого, поэтому, как и любой мужчина, сидел, кивал в нужных местах и поддерживал невесту.
— Я даже договорилась с Игнатом выделить мне один бокс с увеличенным магическим фоном для экспериментов по выращиванию нужных растений, но у нас ничего не получалось. Растения погибали. Нужен был естественный эндемик, выросший в повышенном магическом фоне, но с теми же фармакологическими свойствами.
— Дорогая, а можно как-то проще? — взмолился я.
— Можно, — кивнула Света. — Ты — чудо! У меня только один вопрос: могу ли я взять образцы?"
"Я даже не задумывался над ответом.