Она знала, чем мы занимались, знала, кто я такой. Если она не найдет меня, я сам ее найду.
Глава 3
Кай
Наши дни"
"Достав пару бутылок воды из емкости со льдом, стоявшей около стопки полотенец, я направился в сауну. Горячий влажный пар заполнил мои ноздри, едва я открыл матовую стеклянную дверь и вошел внутрь.
В мужском клубе «Хантер-Бэйли» было тихо в такой час. Невзирая на занятость или разную степень похмелья, мы с друзьями собирались здесь практически каждое утро.
Посмотрев вверх, я сразу заметил Майкла, сидевшего на втором ярусе мраморных скамеек, опоясывающих помещение.
– Твою мать.
Я покачал головой, протянув ему воду.
– Тебе нужно сменить пагубные привычки.
Засранец пил днями напролет. Мало того, он спускал каждый цент, полученный от его глупых, безотказных родителей, на три вещи, которым посвятил свою жизнь: алкоголь, женщин и, если мои подозрения были верны, таблетки и порошок.
Взяв прохладную бутылку, Уилл приложил ее ко лбу, часто и неровно дыша.
Со своей бутылкой в руке я забрался на скамейку и сел рядом с Майклом. Его глаза были закрыты, спиной и затылком он оперся о стену. Пар клубился вокруг нас в приглушенном голубом свете, мягко освещавшем сауну. Я почувствовал, как капля пота скатилась вниз по моей груди к полотенцу, обернутому вокруг бедер.
– Как проходит реновация собора Святого Килиана? – поинтересовался я.
Он покачал головой.
– Нет. Даже не думай говорить со мной сейчас о гребаной реновации.
Я прищурился, когда увидел, как мой друг открыл глаза и заиграл желваками, устремив взгляд вперед. Он злился на меня?
Но тут меня посетила догадка: вероятно, это из-за позавчерашнего происшествия с Рикой в додзё.
Замечательно. Я ни в коем случае не утверждал, что поступил правильно, но доверял ей и думал, что она не станет докладывать Майклу о каждой проклятой мелочи.
Выдохнув, я попытался объяснить:
– Старик, извини. Я не причинил бы ей вреда…
– Знаешь, о ком я думал в последнее время? – перебив меня, поинтересовался Майкл, но ответа дожидаться не стал. – О твоей матери Виттории.
Я пристально посмотрел на него.
– Раньше она была лакомым кусочком, а? – продолжил он размышлять вслух с легкой ухмылкой на губах. – И до сих пор остается, как по мне. Шикарная задница. Длинные ноги.