Еще одна комната – похоже, гостиная – располагалась в противоположном конце холла. Позади меня возвышалась широкая лестница, которую огибали два коридора, ведущие к задней части…
Дома.
Это был дом. Настоящий дом Кая.
Именно такой, каким я представляла его, и даже лучше.
Я чувствовала запах свежей краски, переводя взгляд с изысканных картинных рам, висевших на стенах, на красивые столики, кресла и диваны, расставленные в кабинете и гостиной. Над головой позвякивала хрустальная люстра, потревоженная сквозняком из тоннеля.
Этот дом был обставлен человеком, небезразличным к мелочам, и отражал его японские и итальянские корни. Ухоженный, гармоничный, без излишеств, но в то же время нарядный, богатый на детали и роскошный, как европейский замок.
Следуя за музыкой, я поднялась по черной лестнице, чувствуя выброс адреналина. Друзья Кая знали об этом месте?
Дом был большой и просторный, и в то же время темный и уютный. Словно укромная обитель, скрытая от внешнего мира.
Он как будто создал здесь свою собственную исповедальню.
Или… собственную Часовую башню, «Понтифик», то кладбище…
Я брела по коридорам второго этажа в поисках тихого голоса, исполнявшего песню, в которой распознала кавер-версию Paint It, Black. Проходя мимо спальни, я остановилась: дверь была открыта.
Черная кровать с четырьмя столбиками была идеально заправлена. Белые простыни, одеяло, подушки. Войдя внутрь, я заметила на стене картину в раме, на ней было несколько изображений: ночь, озаряемая красным солнцем, дождь, летящие журавли.
Война. Вот, что он означал. Как и название клуба Кая.
Кто-то выключил душ. Подойдя к двери, я свернула за угол и оказалась в ванной.
Кай стоял перед большим круглым зеркалом, с полотенцем, обернутым вокруг талии, и расчесывал волосы пальцами. Капли воды блестели на его спине, в воздухе клубился пар.
– Кай.
Он замер, сосредоточив взгляд на моем отражении в зеркале.
– Что это такое? – спросила я, медленно направляясь к нему.
– Дом на холме.
– И он твой? – уточнила я. – Твой настоящий дом?
Я знала ответ – его запах ощущался повсюду, только сама уже запуталась, где правда, а где ложь. Нужно было услышать это от него.
Ухмыльнувшись, парень кивнул.
– Ты ведь не думала, что я действительно живу в той дыре?
Я прыснула от смеха, хотя была готова расплакаться. Я так устала.