Хоть я и не имел ничего против маленьких тайн, но все же предпочитал быть осведомленным. Предпочитал быть кукловодом, а не марионеткой.
Бросив мяч Уиллу, я побежал к другому концу площадки вместе с остальными игроками. Двадцать пар кроссовок со скрипом заскользили по паркету. Мяч перешел из рук в руки еще два раза, прежде чем вернуться ко мне. Я поймал его, тяжело дыша и ощущая, как выступивший на спине пот охлаждал мою кожу. Оттолкнув разыгрывающего защитника, наступавшего сзади, дриблингуя и уворачиваясь, я сделал бросок.
Довольный моим промахом, парень ухмыльнулся и вернулся к противоположному кольцу.
Внутри вскипала злость, но ее не стоило показывать. Я не должен был промазать. Мои мысли были заняты девчонкой. Я не смогу думать ни о чем другом, пока не выясню, кто она такая. Мне следовало ворваться в исповедальную кабинку и встретиться с ней лицом к лицу, когда у меня был шанс.
Дэймон передал пас Майклу, футболка которого свисала сзади из-за пояса шортов. Поймав мяч, тот понесся вперед. Я заметил какое-то движение слева и, повернув голову, увидел, как ветви и листья двенадцатиметровых сикомор хлестали по окнам спортзала.
– Твою мать, ветер просто бешеный, – сказал подбежавший ко мне Уилл. Двигаясь легко и быстро, поглядывая одним глазом на мяч, он бросил на меня мимолетный взгляд и улыбнулся. – Ночь сегодня будет дикая.
Дикая. По сравнению с чем?
В отличие от меня, моему другу даже Ночь Дьявола была не нужна в качестве предлога, чтобы слететь с катушек.
Или трахаться с девушкой.
И сейчас я был более чем готов развеяться. Моя плохая сторона отчаянно рвалась на свободу.
Однако вместо того, чтобы предвкушать все возможные способы замарать руки этим вечером, я был одержим ею и мыслями о том, увидимся ли мы. Как я ее узнаю?"
"Лучшим в нашем утреннем разговоре оказалось то, что эта девчонка не пыталась быть загадочной намеренно.