Вот только его интонация совсем не походила на интонацию, которая требовалась для такого грозного сообщения.
— Не, мы так кашу не сварим. Дай сюда мегафон, — сказал я Волку. — Барон, у вас две минуты… или мы заходим. Парламентёры больше не принимаются.
Когда на счётчике оставалось десять секунд, и пошёл отсчёт, стало понятно, что барон не собирается выполнять мои условия.
— Волчара, — повернулся я к нему. — Дай мне полминуты. Всё-таки не хочу, чтобы мирный народ погибал. Есть у меня на него другие планы.
Скрывшись в тени, я побежал в сторону усадьбы, с каждым шагом погружаясь всё глубже и глубже. Когда я добежал до стен усадьбы, то её стены для меня уже были иллюзорными. С лёгким усилием я зашёл внутрь.
Примерно представляя, как построены домики у местной аристократии, я забрался на второй этаж. И не прогадал. Барон забаррикадировался у себя в кабинете. Снаружи стояли явно недовольные гвардейцы, которые понимали, чем это всё закончится. А он держал в руках какую-то сумасшедшую пушку с огромным широким стволом, который больше напоминал какой-то чёртов гранатомёт.
Поэтому я просто проявился наружу у него за спиной. Одной рукой выдернул эту пушку, а другой вырубил его, напитав руку силой.
Барон Андрюхин в ранге неполного Ветерана упал на пол со сломанной шеей. Упс! Странно, как такого слабака никто не прибил до меня, учитывая, как любили аристократы отбирать друг у друга земли.
Глядя на мертвое тело, я достал из рюкзака захваченный с собой мегафон и заорал, не выходя из комнаты:
— Это барон Галактионов — Абсолют Империи, действующей в своём праве.
Также не убирая от губ микрофона, я проорал в сторону улицы:
— Гвардия, готовность десять секунд. Время пошло.
Когда мои бойцы короткими перебежками, скрываясь за укрытиями, пошли в атаку… с нестройными криками — «не стреляйте» и «пощадите» — из усадьбы посыпались безоружные люди.
Походу этот раунд я выиграл. Вот только что делать с бароном? Честно говоря, я не ожидал, что он окажется таким дохляком, и я так просто сверну ему шею. Ну, можно сказать, конечно, что я был немного зол этим нападением, точнее, тем, что могло случиться, дойди эта сотня Одарённых до моей усадьбы. Так что да, чувствовал себя в своём праве. Вот только земля осталась без барона.