\

Уизли продолжал набиваться в друзья с грацией носорога, разогнавшегося до предельной скорости. Его не останавливали ни явное нежелание Гаррета общаться, ни презрение слизеринцев, ни насмешки гриффиндорцев, которые не понимали, с чего бы Уизли «примазался к герою»… Возможно, учись Поттер на том же факультете, поведение Рона не выглядело бы настолько нелепо, но Слизерин и Гриффиндор по-прежнему враждовали, и многие считали Рона предателем.

Блейз был уверен, что Уизли навешал на Поттера следилок — иначе никак нельзя было объяснить тот факт, что он то и дело оказывался рядом.

Вот и сегодня, получив приглашение от Хагрида, Гаррет трижды проверил, нет ли поблизости рыжей макушки, пробрался огородами и в итоге обнаружил, что все меры предосторожности были напрасны — Уизли банально дожидался его на крыльце избушки."

"Причем ни намеков, ни прямых посылов Рон не понимал. Вот и приходилось Гаррету терпеть не только немудреную агитацию Хагрида, но и тупые монологи Рона.

— Во-Во! Они, кстати, гриффиндорцами были. А твой отец еще и за факультетскую команду играл. А ты на метлу ссышь забраться!

— Как же так, Гарри? — сокрушенно покачал головой Хагрид.

— Высоты боюсь, — отрезал Гаррет.

— А не боялся бы, мы бы с тобой вместе летали, — предположил Рон. — Стали бы лучшими друзьями. Ты бы на Гриффиндор перевелся, жили бы в одной комнате.

— Всю жизнь о таком счастье мечтал, — вполголоса сказал Гаррет и отвернулся в сторону.

Хагрид загремел чайником.

— Не понимаю я, как ты можешь общаться с этими слизнями, противно же!

— Эти «слизни» — мои друзья! — твердо высказался Гаррет, которого разговор порядком достал.

— Фу ты, ну ты — друзья! — презрительно зафыркал Рон. — Да какие они друзья, они и дружить не умеют! Вот что такого они для тебя сделали, чтобы дружбу доказать?!

Тут Гаррет всерьез разозлился:

— Ну, например Блейз отпаивал меня зельями, когда меня выворачивало после твоих печений!

— Что? Да как ты…!

— Что ты такое говоришь, Гарри? — укоризненно покачал головой Хагрид.

— Правду говорю, — Гаррет выпрямился. — Я тем вечером только у Дамблдора в кабинете лимонные дольки ел и совсем поздно — печенье Рона. А потом меня рвало желчью и зеленью.

— У моей мамы лучшее печенье, что я когда-либо пробовал! — затрясся от возмущения Рон.

— Про отравление все знают. Все видели. Так что либо печенье было с добавками, либо некачественным.