— И вообще я сплю! А ходить во сне привычки не имею!
— Свечи еще теплые. Ты лег в постель только что.
— Ну и что? Мне секунда нужна, чтобы заснуть, — Стас свесил ноги с дивана, скрестил руки на груди и поежился от холода. — Ты что — меня в чем-то подозреваешь?
— У меня пропала одна вещь.
— Ну а я-то тут при чем? Думаешь, я по ночам тырю вещи, да еще и у собственной сестры? Что у тебя пропало?
Несколько секунд она молча смотрела в его глаза, возмущенные и в то же время заботливые. Потом вздохнула.
— Мои сигареты. Я не могу их найти, и я подумала, что ты…
— Я не брал твои сигареты! — перебил ее Стас, и в его голосе послышалось некое облегченное удивление. — У меня полным-полно своих! Можешь взять, если тебе так приспичило! Выключи фонарь — батарейку посадишь!
Кира щелкнула переключателем и внезапно почувствовала себя ужасно глупо.
— Значит, ты действительно не заходил?..
— Ну конечно нет! — Стас встал и, замотавшись в одеяло, подошел к ней. — Что с тобой, старушка? Что случилось? И почему ты не спишь?
— Мне приснился кошмар, — Кира уткнулась лицом в его плечо.
— Бедный ребенок. Умойся и ложись спать. Уверен, что больше ничего плохого тебе сегодня не приснится.
— Да, да… — она отодвинулась, не глядя на него. — Очевидно, я что-то напутала… может, они куда-то упали…
— Кир, это из-за того старого болвана? — вдруг спросил Стас. — Из-за того, что я сказал?
Вопрос изумил ее, и она вскинула на брата ошеломленный взгляд.
— Что? Нет, с чего ты взял?
— Мне показалось, что это обидело тебя, — Стас пожал плечами и подхватил сползающее одеяло. — Конечно, возможно я ошибся. Братьям часто… что-то чудится… Иди к себе, Кира. Холодно, а ты босиком…
— В моей комнате сильно пахло дымом, вот еще почему я решила…
— Ах это?!.. — он смутился. — Я слишком засиделся сегодня, слишком много зажег свечей… они здорово помогают работе. Да и курю я много. Вот дыма и натянуло… Постараюсь больше так не делать.
На мгновение ей показалось, что Стас оправдывается слишком старательно и с какой-то готовностью, но она тут же выкинула из головы эту мысль. Кивнув, отвернулась и вышла из комнаты, и свет за ее спиной сразу же погас.
Закрыв дверь, Кира остановилась, прижимая ладонь к груди и тускло глядя перед собой. В голове у нее был совершеннейший сумбур, но среди этого сумбура вырисовывалось вполне отчетливое, хоть и нелепое сомнение.